Месяц: Июль 2019

Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти во вторник отложил на пятое июля рассмотрение заявления шведской компании Steelmar Scandinavia, владеющей участком земли на территории исторического Баболовского парка в пригороде Петербурга, о пересмотре по новым обстоятельствам спора об охраняемых объектах на его территории, следует из материалов на портале «Электронное правосудие».

Причина переноса слушаний пока не уточняется. Steelmar Scandinavia владеет почти двадцати тремя гектара земли на территории парка и планирует построить на нем семьдесят один коттедж. Ответчиком по этому делу выступает комитет по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры (КГИОП) Петербурга. Компании Steelmar уже трижды не удалось оспорить приложение к распоряжению этого ведомства, согласно которому, ряду объектов в зоне планируемой застройки придан статус охраняемых объектов. В соответствии со спорным документом, принятом в сентябре 2014 года, этот статус присвоен, в частности, Школьно-садовому заведению, рвам и валам вдоль его границ, а также растущим в этой зоне старовозрастным деревьям, включая сибирскую лиственницу и черную ольху.

Как сообщалось в декабре 2012 года со ссылкой на представителя шведской компании в суде, Steelmar приобрела этот участок в 2005 году, соответствующая сделка не содержала обременений, связанных с принадлежностью территории к объекту культурного наследия. В мае прошлого года суд первой инстанции отказал потенциальному застройщику Баболовского парка в удовлетворении иска об отмене статуса охраняемых объектов на участке шведской компании. «Оспариваемое распоряжение принято… в целях уточнения сведений об объекте культурного наследия, и заявителем не представлено доказательств нарушений оспариваемым актом его прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности», — отмечается в решении арбитражного суда Петербурга и Ленобласти, отказавшего в отмене спорного документа.

Steelmar в октябре выиграла спор в апелляционной инстанции. Однако в январе текущего года окружной суд оставил в силе решение арбитража Петербурга в пользу комитета по охране памятников, а в апреле Верховный суд Российской Федерации отказал шведской компании в передаче дела на рассмотрение коллегии по экономическим спорам.

Баболовский парк основан в XVIII веке, в 1990 году был включен в список всемирного наследия ЮНЕСКО. В начале 2014 года парк, за исключением участка Steelmar Scandinavia, был передан Государственному музею-заповеднику «Царское село».

Шотландский нефтегазоносный бассейн, расположенный на севере Великобритании, занимает Шотландскую низменность, протягивающуюся с юго-запада на северо-восток (рис. 6).

Северным ограничением бассейна служит Северо-Шотландское нагорье, южная часть которого получила название Грампианских гор.

Нагорье сложено преимущественно сильно дислоцированными докембрийскими гнейсами и метаморфическими толщами, прорванными третичными изверженными породами. Палеонтологически доказанных отложений кембрия и силура здесь не известно. На юго-востоке этот массив отделяется от впадины крупным разломом.

С юга бассейн ограничен Южно-Шотландским нагорьем, сложенным нижнепалеозойскими (силур) песчаниками, граувакками, граптолитовыми сланцами а представляющим собой складчатую полосу северо-восточного простирания.

В восточном направлении бассейн открывается в залив Ферт оф Форт Северного моря, а в западном — в залив Ферт оф Клайд Северного пролива, соединяющего Ирландское море с Атлантическим океаном.

Шотландский нефтегазоносный бассейн выполнен отложениями каменноугольного возраста: известняками, сланцами и угленосными отложениями. Докарбоновые образования представлены сильно дислоцированными и метаморфизованными породами нижнего палеозоя (силур и кембрий) и покрывающими их мощными толщами красных песчаников и конгломератов континентального происхождения, а также вулканическими породами девонского возраста. Схематический сводный разрез осадочной толщи бассейна приведен в табл. 13.

Отложения карбона в пределах бассейна смяты в пологие, слабо нарушенные купола и брахискладки, группирующиеся в валы.

Обильные нефтегазопроявления, а также небольшие месторождения (одно нефтяное Мидлошен и одно газовое Коусленд) связаны с породами каменноугольного возраста.

Месторождения Мидлошен (Далкейн) открыто в 1922 г. Оно представляет пологую куполовидную антиклинальную складку, образованную нижнекаменпоугольными породами. Залежь расположена на глубине 543 м и приурочена к песчаникам в толще битуминозных сланцев (рис. 7).

Газовое месторождение Коусленд открыто в 1938 г. рядом с месторождением Мидлошен (в 15 км к ЮВ от Эдинбурга) на продолжении той же антиклинальной складки. Газоносны два песчаных горизонта нижнего карбона. Первый мощностью 15 м залегает на глубине 450 м, второй, менее мощный (4,5 м), вскрыт на глубине 516 м. Средняя пористость песчаника равна 15%, проницаемость — несколько сот миллидарси. Газ состоит на 95,8% из метана, 2,6% — этана, 1,6% — азота. Суточная добыча составляет около 120 000 м3, запасы оцениваются в 28 млн. м3.

В Шотландском бассейне разрабатываются шахтным способом залежи горючих сланцев. Слои сланцев имеют мощность от нескольких сантиметров до 4,5 м. Рабочие прослои — от 1,2 до 3,6 м. Выход нефти составляет от 60 до 150 л с тонны и содержит в среднем около 2 % серы. Нефть перерабатывают на бензин, керосин, газолин, дизельное топливо и другие продукты.

Арбитражный суд рассмотрит иск подрядчика строительства Керченского моста «СГМ-Мост» к владельцу сухогруза «Лира» Turkuaz Shipping о возмещении ущерба после столкновения судна с опорой временной мостовой конструкции, возведенной в ходе сооружения моста через Керченский пролив, сообщается на официальном сайте суда.

Сухогруз «Лира» девятнадцатого марта врезался в опору временной мостовой конструкции, возведенной в ходе сооружения моста через Керченский пролив, причинив конструкциям повреждения. Также отмечалось, что капитаном сухогруза является гражданин Турции. Вскоре источник в правоохранительных органах сообщил, что следователи возбудили уголовное дело по факту столкновения сухогруза с опорой конструкции. Подрядчик строительства «СГМ-Мост» тринадцатого апреля подал иск к компании Turkuaz Shipping, собственнику сухогруза, на тридцать пять миллионов триста тысяч рублей.

«Следующее заседание состоится девятнадцатого мая текущего года в 16.00», — говорится в сообщении суда.

Суд семнадцатого мая перенес на два дня слушание дела по взаимному ходатайству сторон, так как представитель турецкой заявил, что ответчик перечислил на счет «СГМ-Мост» согласованную сумму. Стороны сообщили во время судебного заседания, что иск будет отозван, если сумма ущерба до девятнадцатого мая поступит на счет подрядчика строительства Керченского моста.

По словам ответчика, турецкая компания не хочет затягивать судебный процесс, так как на данный момент возникают затруднения в жизнеобеспечении сухогруза и членов экипажа.

Ремонт ванной комнаты всегда предполагает создание дизайн-проекта, после чего хозяину жилища предстоит пройти один чрезвычайно ответственный и важный этап, а именно выбор отделочного материала. Как показывает практика, для отделки ванных лучше всего подходят такие разновидности облицовки, как керамическая плитка и ее модификация в виде керамогранита.

После посещения специализированного магазина, реализующего материалы для облицовки, становится понятным, почему керамогранит и керамическая плитка пользуются в наше время наибольшей популярностью. Если говорить о плитке, то ей свойственно прежде всего огромное разнообразие размеров, фактур, форм и расцветок. Благодаря этому она позволяет создавать различные эксклюзивные и нестандартные интерьеры.

Изготовленное ведущими мировыми компаниями, керамическое покрытие представляет собой настоящий эталон качества, проверенный как временем, так и потребителями. Именно поэтому многие люди сегодня отдают предпочтение именно данному виду настенного покрытия. Ее по праву можно назвать облицовочным материалом будущего.

Керамическая плитка от ведущих производителей изготовляется с использованием инновационных технологий и высококачественных материалов. Несмотря на это, она доступна для многих потребителей, что является одним из ее главных преимуществ.

На сегодняшний день лидирующие позиции занимают испанские и итальянские производители керамической плитки. Многочисленные коллекции этого материала востребованы не только на территории Европы, но и далеко за ее пределами. Объясняется это тем, что керамическая плитка от этих производителей идеально сочетает в себе высокое качество и доступную стоимость.

Ведущие мировые производители облицовочной керамики предлагают потребителям материалы, с помощью которых можно выполнять комплексный ремонт ванных комнат. Современный ассортимент керамической плитки позволяет производить отделку абсолютно всех типов поверхностей, а именно полов, стен и потолков.

Для стеновой облицовки в ванной лучше всего использовать керамическую плитку, включая широкоформатный и стандартный по форме и размеру материал. Если предстоит выполнять отделку стен с помощью широкоформатной прямоугольной плитки, то обрабатываемую поверхность следует тщательно выровнять, поскольку даже самый незначительный дефект может бросаться в глаза и портить интерьер помещения. Малогабаритная квадратная керамическая плитка позволяет легко скрыть от глаз любые незначительные неровности, имеющиеся на стене.

Что касается пола в ванной, то для его отделки лучше всего использовать керамогранит. Этому материалу свойственны высокая степень износостойкости и повышенная прочность.

Потолок в ванной аналогично стенам можно облицовывать с использованием керамической плитки. Она не скапливает на себе конденсат и не покрывается плесенью, что обычно происходит с другими материалами под постоянным воздействием повышенной влажности.

Строительство бани подразумевает сверление отверстий, вкручивание саморезов.

Чтобы облегчить работу и ускорить процесс используют шуруповерт. Инструмент позволяет выполнить ряд задач в короткие сроки. Но как выбрать шуруповерт для строительства бани среди многообразия моделей и производителей? Попробуем разобраться в этом вопросе.

Особенности выбора ручного инструмента

В выборе шуруповерта существуют несколько аспектов, которые нужно учитывать: мощность, длительность работы аккумулятора, функционал, сила крутящего момента. Если купить шуруповерт bosh в Минске, известной немецкой компании, можно быть уверенным в продолжительном сроке службы устройства и удобстве использования. Пользователи отмечают выносливость инструмента и его эргономику.

Самые простые и бюджетные варианты инструментов имеют кнопку реверса и регулятора мощности. Такие модели отлично подходят для бытового применения, но они имеют ограничение в выполнении ряда задач.

Для строительства бани лучше выбирать шуруповерты с профессиональным уклоном, которые включают ряд дополнительных возможностей. Например, наличие ограничителя глубины завинчивания, предотвратит глубокое завинчивание самореза в деревянную панель. Дрель-шуруповерт может выполнять несколько задач, высверливать отверстия под крепеж. Данное устройство может работать от электросети или аккумуляторной батареи.

Советы по выбору

Строительство бани – долгий процесс, поэтому лучше выбирать модели с мощной аккумуляторной батареей, способной работать продолжительное время. С твердой поверхностью дерева могут справиться модели с мощностью не менее 1300-1500 об/мин и крутящим моментом – 130 Н*м.

В работе с деревом иногда приходится перекручивать крепеж. Без реверса обойтись в этом случае невозможно. Если сверло в работе случайно заклинит, такая функция спасет ситуацию.

Для удобства использования прибора и беспрерывной работы во время разрядки аккумулятора, лучше иметь одну или две запасные батареи. Специалисты рекомендуют приобретать модели в металлическом корпусе, в них редуктор остывает быстрее, а шуруповерт служит дольше.

Не стоит покупать дешевые модели, лучше выбирать качественное оборудование проверенных производителей. В случае поломки или ремонта можно рассчитывать на техническую поддержку и сервисное обслуживание прибора.

1. Спуск и подъем кабеля. Скорость спуска кабеля должна быть постоянной, так как при резком торможении может произойти обрыв, а при резком увеличении скорости — ослабление кабеля, осыпание стенки скважины, что в свою очередь может привести к заклиниванию. В скважине с буровым раствором, имеющим небольшую вязкость и удельный вес не более 1,4 г/см3, максимальная скорость спуска 5000—6000 м/ч, в скважинах с тяжелым и вязким раствором при работе с небронированным кабелем она иногда снижается до 500—200 м/ч.
Скорость спуска контролируют по натяжению кабеля. При остановке или очень низкой скорости перемещения кабеля (это заметно по резкому уменьшению натяжения) его несколько раз поднимают на 10—20 м и опускают, пока не будет пробита пробка.
Подъем кабеля должен производиться также с постоянной скоростью, величина которой зависит от мощности пластов в разрезе скважины, параметров аппаратуры и может меняться в пределах 100—4000 м/ч.
Во время подъема кабеля внимательно наблюдают за его натяжением, особенно при прохождении зондом башмака обсадной колонны, чтобы предотвратить обрыв в случае прихвата.
Если случается прихват (это заметно по резкому увеличению натяжения), то кабель несколько раз опускают на 5—10 и и поднимают, пока не будет ликвидирован прихват. Если прихват не удается ликвидировать, то груз извлекают из скважины желонкой.
При подъеме кабель должен укладываться на барабан с максимальной плотностью.
Перед окончанием подъема кабеля снижают скорость его перемещения и внимательно следят за показанием счетчика глубин, чтобы предотвратить попадание зонда или груза на блок-баланс. Для своевременного предупреждения о приближении груза и зонда к устью скважины и для контроля за показанием счетчика на кабеле на расстоянии 50 м от его конца ставится большая предупредительная метка, а на расстоянии 10 м — сигнальная метка.
Запись кривых KС и ПС производится во время подъема зонда.
2. Запись кривых КС и ПС. При работе со станциями АЭКС-900 (1500) и АКС-4 кривые КС и ПС чаще всего записывают одновременно. Кривые ПС записывают отдельно в случае очень больших промышленных помех, которые при одновременной регистрации кривых КС и ПС приводят к их сильной иззубренности.
Для одновременной записи кривых КС и ПС собирают схемы, показанные на рис. 110, а и 111, а.
В станции АЭКС-900 (1500) кривую КС записывают каналом I, кривую ПС — каналом II. Переключатель «I, II; I + II» ставят в положение «I, II». Во время спуска зонда отмечают нулевое положение пера канала КС при выключенном токе питания, устанавливают масштаб записи кривой ПС и постоянную по напряжению канала КС.
В станции АКС-4 при одновременной регистрации КС и ПС кривую КС записывают каналом I, кривую ПС — каналом IV. Во время спуска зонда отмечают нулевое положение бликов канала КС при разомкнутой измерительной цепи (вилку с проводами M ж N отключают от гнезд M и N измерительной панели) и при замкнутом входе измерительного канала (нажимают на кнопку 1 на измерительной панели). Работая с большими зондами и в крупном масштабе (Sэ > 400 см/ом), отмечают также положение блика гальванометра в обсадной колонне.
В канале ПС устанавливают масштаб записи кривой ПС. С этой целью переключателем «Предел измерения» устанавливают ближайшую меньшую постоянную по напряжению (те) и посредством аттенюатора добиваются, чтобы при подаче с ГКП разности потенциалов, равной 8m, отклонение блика гальванометра было равно 8 см, для последующего контроля это отклонение записывают на ленту.
В нескольких десятках метров от забоя (в глинах), остановив кабель, выполняют компенсацию ПС при помощи ГКП: точку записи выводят на середину ленты. Постоянную величину ПС компенсируют сначала при больших постоянных по напряжению, потом при меньших и завершают компенсацию при той постоянной по напряжению, которая выбрана в качестве масштаба записи.
Когда зонд достигнет забоя, устанавливают масштаб записи кривой КС, включают осветительную систему и лентопротяжный механизм фоторегистратора.
Во время подъема кабеля записывают кривые КС и ПС. В конце интервала записи отмечают нулевое положение блика гальванометра канала КС при замкнутой и разомкнутой измерительной цепи и в случае необходимости — нулевое положение его при нахождении зонда в обсадной колонне.
Для контроля за масштабом записи кривой ПС указывают на ленте градуированную разность потенциалов от ГКП, равную 8 те.
3. Измерения микрозондами. Станция АКС-4 позволяет производить как поочередную, так и одновременную запись кривых сопротивления градиент-микрозондом и потенциал-микрозондом.
Для одновременной записи кривых сопротивления микрозондами собирают схему, показанную на рис. 111, в.

Кривая градиент-микрозонда записывается каналом I, кривая потенциал-микрозонда — каналом II. Запись микрозондами производят при положении «15 ма; микрозонд» переключателя Пв (на панели управления ЭМУ) и при постоянной по напряжению 30—40 мв/см. Для установки масштаба записи используют контрольные шунты 5 и 25 ом. Силу тока устанавливают равной 5—45 ма. Сопротивление каналов не регулируют. В остальном запись микрозондом не отличается от записи кривых сопротивления обычным зондом.
4. Токовый каротаж и каротаж методами MCK и МЭП. Токовый каротаж применяют для отбивки в скважинах рудных или угольных интервалов и в большинстве случаев выполняют по схеме, показанной на рис. 112, а. Электрод В устанавливают на поверхности (присоединяют к обсадной колонне), электрод А перемещают по скважине.
При токовом каротаже записывают кривую изменения сопротивления RА электрода А. С уменьшением сопротивления RА сила тока в цепи AB возрастает, следовательно, падение напряжения на шунте R0 увеличивается. С увеличением RА происходит обратное явление. Таким образом, рудные интервалы отмечаются увеличением силы тока.
Для токового каротажа со станциями АЭКС-900 (1500) и АКС-4 собирают схемы подключений, показанные на рис. 112.
Масштабу записи (М, в ом/см) подбирают изменением силы тока питания в цепи А В по формуле

Обычно масштаб записи выбирают такой, при котором l было бы равно 5—8 см.
Во время нахождения электрода А в обсадной колонне пишущее устройство станции при помощи ГКП устанавливают на нуль. По окончании записи вновь производят запись в колонне при нулевом положении пишущего устройства. «Нулевую» запись располагают в правой части ленты, потому что с увеличением сопротивления RA (по выходе зонда из колонны) падение напряжения R0 на шунте уменьшается.
Если масштаб записи крупный и амплитуды отклонения кривой ПС большие, в схему питания включаются пульсатор (в станции АЭКС-900) или ЭМУ (в станции АКС-4). В этом случае при большой длине кабеля электрод В помещают в скважину на некотором расстоянии от электрода А; электрод В выбирают большим по длине с тем, чтобы кривая записи не была искажена изменением его сопротивления.
В случае малых изменений сопротивления заземления используют мостиковую схему, изображенную на рис. 112, б, и масштаб записи подбирают путем изменения силы тока, пользуясь формулой

Каротаж по методу скользящих контактов (MCK) проводят так же, как токовый каротаж. Разница заключается лишь в том, что вместо обычного электрода А для записи сопротивления RА используют специальный зонд MCK, описанный в § 61. Метод MCK позволяет расчленить рудные или угольные интервалы на более мелкие пропластки.
Методика и техника каротажа по методу электродных потенциалов (МЭП) аналогична записи кривой ПС по схеме градиента: электроды M и N одновременно перемещаются по скважине. С этой целью используют специальный зонд электродных потенциалов, устройство которого описано ранее. При выполнении МЭП жилу кабеля от электрода M подводят к клемме M регистрирующего прибора с тем, чтобы рудные интервалы отмечались возрастанием потенциала. Масштаб записи принимают около 100 мв/см.
Метод электродных потенциалов позволяет разделять рудные интервалы в разрезе скважины на массивные и вкрапленные, разделять руды на типы (пирит и галенит) и решать другие задачи рудного каротажа.
Скорость перемещения кабеля при МЭП, MCK и токовом каротаже в предполагаемых рудных интервалах обычно не превышает 50—100 м/ч.

Одним из наиболее важных и ответственных моментов в проектировании стадионов является правильная организация трибун по количеству зрительских мест, а также по их расположению с учетом хорошей видимости, быстрой загрузки и эвакуации. Расчетное количество зрительских мест для стадионов устанавливается с учетом нормативных показателей, приведенных в таблице 7.

Наилучшие условия видимости плоскости спортивного поля определяются четырьмя основными факторами: удалением зрительских мест от объекта наблюдения, оптимальными значениями горизонтальных и вертикальных углов обозрения арены и свободной беспрепятственной видимости объекта наблюдения на планшете спортивного поля. Проектно-строительной практикой и путем расчетов определены зоны комфортной видимости трибун стадионов (рис. 12.4.1). Согласно расчетам, наибольшее удаление зрительских мест от центра поля стадиона составляет 145 м. В этом случае 90% зрителей находятся в зоне комфортной видимости. По характеру условной видимости зрительские места делятся на четыре категории. Для первой категории характерно удаление от центра арены от 65 до 85 м, при вертикальном значении угла обозрения = 6°-9°, и горизонтальном — 0-20°; соответственно для II: 50-140, 2°-9°, 0°-40°; для 111: 85-140, 2°-10°, 0°-40°; для IV: 75-145, 2°-10°, 40°-90°.

Сектор горизонтальной плоскости обозрения определяется углом «Х», образованного между перпендикуляром к середине продольной оси арены и линией зрительного луча, направленной в точку их пересечения (рис. 12.4.2). При этом, наиболее благоприятной для обозревания является зона с углом отклонения от идеального луча до 40°. В проектно-строительной практике для обеспечения беспрепятственной видимости в вертикальной плоскости выбирают обычно наиболее неблагоприятную для видимости нижнюю точку «В» лучи зрения, к которой от каждого зрителя должны проходить над головами впереди сидящих людей. Вертикальный угол обозрения «β» находится между линиями, исходящими от глаз зрителя, направленными к ближней и дальней точкам рабочего планшета спортивного сооружения (футбольного поля, баскетбольной или волейбольной площадки). Оптимальное значение угла «β» для трибун стадиона находится в пределах 6°- 9°? Подъем рядов и профиль трибун можно определить методом графического построения (обычно в масштабе 1:50). Для этого от уровня глаз зрителя первого ряда вверх по вертикали откладывают и из точки F через вершину этого отрезка проводят луч до пересечения с заданной границей второго луча. Это пересечение определит уровень глаз зрителя второго ряда трибуны. Последующее построение выполняется аналогичным путем (рис. 12.4.3).

В планировочном решении стадионов главное место занимает вопрос правильного распределения проходов, люков, лестниц, пандусов с учетом быстрого заполнения трибун и эвакуации. На трибунах стадионов загрузка и эвакуация зрителей осуществляется посредством двух видов проходов: поперечного и продольного. Поперечные проходы располагаются в радиальном направлении, перпендикулярным к зрительским местам и представляют собой границы секторов зрительских трибун. Продольные проходы — это проходы, ведущие к выходам и к люкам. Существуют три разновидности эвакуационных направлений потоков зрителей по поперечным проходам и три системы расположения продольных проходов на трибунах (рис. 12.4.4). В первом случае вариантами являются: 1) движение людских потоков вверх, 2) движение людских потоков вниз и 3) движение людских потоков снизу вверх и сверху вниз с устройством на встречном потоке люка. Во втором случае система эвакуации характеризуется следующими вариантами: 1) расположением продольного прохода у арены перед трибуной, 2) расположением продольного прохода посередине высоты трибуны, 3) расположением продольного прохода за последним рядом мест. Условиями безопасности эвакуации установлено, что в каждом ряду между радиальными проходами число зрительских мест не должно быть более 50.
Для обеспечения нормальных условий заполнения зрительских мест и эвакуации существуют расчетные нормы, согласно которым на стадионах устраивается один люк (дверь) не более чем на 1500, пропускная способность I м ширины, пути эвакуации вниз по лестнице принимается равной 600 человек; ширина путей эвакуации не должна быть менее 1,5 для дверей и люков, но не более 2,4 м. Расстояние от люков и выходов до самых отдаленных мест не должно превышать 25 м.

При проектировании музеев и выставочных павильонов главной задачей является достижение единства архитектурного и конструктивного решения. Соблюдение этого принципа обеспечивает правдивое отражение архитектурной тектоники сооружений. Поскольку архитектурно-планировочные решения зданий музеев и выставочных павильонов в силу их уникальности отличаются большим многообразием, то и конструктивные системы, применяемые в каждом случае, отличаются также множеством решений.
При рассмотрении конструктивных систем, применяемых в этих сооружениях, прежде всего надо исходить из того, что их основным планировочным элементом являются залы. Специфика экспозиционных залов такова, что их внутреннее пространство постоянно подвержено перепланировке и трансформации. Поэтому они в основном решаются безопорными при пролетах 9, 12, 15, 18 и т.д. метров. При такой планировочной системе требуются усиленные конструкции перекрытий и ограждающих конструкций. В качестве каркасов используются рамные и арочные конструкции, фермы и балки, перекрестно-стержневые конструкции, цилиндрические оболочки, волнистый (бочарный) свод, купольные, висячие и вантовые покрытия. Здания музеев и выставочных комплексов по степени капитальности относятся к внеклассным категориям (к ним относятся здания государственного, общереспубликанского значения, например, музей истории Темуридов, выставочный зал Союза художников Узбекистана, музей истории Узбекистана в Ташкенте) и к I-II классам — со сроком службы 50—70 лет. В соответствии с этой классностью применяются конструктивные системы различной степени капитальности и огнестойкости. В основном это долговечные, надежные в сейсмическом отношении и огнестойкие материалы и конструкции, обеспечивающие бесперебойную, долговечную эксплуатацию без частых ремонтов. В особых случаях сооружения могут быть возведены с использованием монолитного железобетона (например, новое здание художественной галереи в Ташкенте, рис. 13.5.2), но в большинстве случаев для наружных ограждений используются кирпич, каркасные конструкции с кирпичным заполнением, крупноблочные, крупнопанельные, каркасно-панельные и т.д. конструкции. Для наружной и внутренней отделки обычно используются высококачественные долговечные отделочные материалы: мрамор, гранит, «рваный камень», высококачественная штукатурка. Ко всем отделочным материалам предъявляются повышенные требования противопожарной безопасности: они должны быть несгораемыми и особенно в зонах наибольшего скопления народа.

Скифская и Западно-Туранская плиты сформированы на складчатом основании, которое, как подчеркивает В.Е. Хайн, представляет собой восточное продолжение герцинид Европы. Обе плиты объединяет также то, что, соседствуя на севере со структурами древнего заложения, на юге они граничат с наложенными на герцинское основание орогенными структурами Кавказско-Копетдагского сегмента альпид. Это привело к тому, что вдоль южной границы обеих плит возникли наложенные передовые прогибы, выполненные мощной молассой, и, кроме того, создались две различные по возрасту, минерагенической специализации и уровню среза области питания россыпей. Насколько существенен этот фактор, хорошо показывает пример Ставропольского россыпного района в Предкавказье: в титано-циркониевых россыпях прослеживается совместное влияние двух областей питания дренируемых крупными речными системами (Палео-Дон и др.) «Северной суши» и молодой, активно растущей островной системы Большого Кавказа. Реальный вклад каждой из них широко дискутируется в специальной литературе.

Наиболее древние россыпные концентрации тяжелых минералов в осадках Туранской плиты и соединявшего ее с ЗСП Тургайского прогиба установлены в континентальных образованиях средней юры-раннего мела. А.А.Лузановский выделяет мел как наиболее раннюю эпоху прибрежноморского россыпеобразования. Предполагается, что с этим временем могут быть связаны также палеодолинные россыпи в краевых частях плиты.

Наиболее значительные комплексные россыпи тяжелых минералов установлены в отложениях олигоценового возраста, в том числе в осадках тургайской серии среднего-верхнего олигоцена Тургайского прогиба. В их число входит детально описанное в 1958 г. П.В. Нечаевым Тобольское месторождение аллювиального генезиса (при участии эоловых процессов), а также прибрежно-морские (пляжевые и донные) россыпи Восточного Прииргизья и Северного Приаралья (Агиспе, Жебыке, Терисбутак). Формирование россыпей происходило в несколько этапов в условиях активизации движений начала неотектонического этапа (рис. 5.4) на фоне чередующихся фаз трансгрессии и регрессии с переотложением тяжелых минералов из размываемых более древних продуктивных свит, что определяет двухпластовое строение либо разновозрастность пластов отдельных россыпей (в пределах среднего-верхнего олигоцена). Россыпи Приаралья характеризуются высокой зрелостью минерального состава; их первоисточником служили комплексы пород, слагающих Мугоджары и южное замыкание Урала.

В пределах Скифской плиты и ее западного окончания — Мезийской плиты повышенные концентрации тяжелых минералов отмечены в осадках позднего олигоцена и на разных стратиграфических уровнях миоцена, однако наиболее важными в промышленном отношении являются россыпи тяжелых минералов сарматского возраста среднего миоцена. Как показывает пример Скифской (Северо-Кавказской) россыпной провинции, профиль россыпной минерагении кайнозойского осадочного чехла определяют; 1) комплексные титано-циркониевые россыпи (россыпи тяжелых минералов) преимущественно миоценового (и более молодого) возраста, продолжающие единый эволюционный ряд комплексных ПМР расположенной севернее Восточно-Европейской платформы; 2) скопления мелкого-тонкого золота в плиоценовом и четвертичном аллювии и отложениях в континентальных дельтах рек, дренирующих ВЕП, а также северный склон Большого Кавказа (в пределах Кубанского и Терского прогибов, бассейны рек Кубани и Терека). Кроме того, западная часть плиты, вдающейся в пределы покровноскладчатой системы альпид Европы, находится в границах Карпатской янтареносной субпровинции. Известные скопления янтаря, как и россыпные проявления тяжелых минералов, концентрируются в области мелководного залива, занимавшего западный фланг плиты, вдающийся в пределы складчатых сооружений, и частично восточный фланг самих складчатых сооружений. Янтареносными являются т.н. карпатские песчаники с прослоями глинистых сланцев (песчаники кейва), напоминающие «голубую землю» Самбийского полуострова в Балтийско-Днепровской провинции ВЕП, с той разницей, что они подверглись метаморфизму в альпийскую фазу тектоногенеза, в некоторых местах до образования кварцитов. Под влиянием метаморфизма янтарь приобрел красноватый оттенок с образованием тонкой сильно трещиноватой черной корки. Кроме верхнеэоценовых собственно морских россыпей янтаря в районе известны также эоловые его концентрации в песках олигоценового возраста, в миоценовых песчаниках, а также в четвертичных аллювиальных и пляжевых осадках (Добруджа, побережье Черного моря). Добыча янтаря в Карпатском регионе ведется на протяжении более полутора веков, причем отдельные находки янтаря имеют размер до 16 см.

Однако основным минеральным типом россыпных месторождений в пределах Скифской плиты следует считать комплексные титано-циркониевые россыпи, образующие несколько ареалов распространения, самый западный из которых расположен на территории Румынии в пределах Мезийской плиты на западном ее замыкании, а следующий к востоку — в обрамлении Киркинитского залива; целая серия перспективных площадей располагается в Азово-Каспийском секторе плиты. Все они имеют плиоцен-четвертичный возраст и образуют единый возрастной ряд с прибрежно-морскими россыпями тяжелых минералов современного шельфа Черного моря. Главным районом развития россыпей тяжелых минералов с реальными промышленными перспективами в пределах плиты является Ставропольский район, в котором известны более 6 россыпей и россыпных проявлений, в том числе промышленное Бешпагирское месторождение, планируемое к освоению.

Важная особенность россыпей Ставропольского россыпного района заключается в значительной преемственности минерального состава их рудных песков по отношению к ассоциациям титано-циркониевых россыпей Русской плиты, которая позволяет предполагать, что главным поставщиком кластогенных рудных минералов в среднесарматский пролив был Палео-Дон, который, судя по имеющимся палеогеографическим реконструкциям, в это время был крупнейшей дренирующей системой, открывавшейся с севера в среднесарматский бассейн. Другим источником питания россыпей могла служить молодая Кавказская островная суша, на значительной площади которой в это время обнажались юрские терригенные породы, в которых установлены повышенные содержания кластогенных тяжелых минералов, в том числе циркона. При этом следует учитывать, что формирование терригенно-минералогических ассоциаций в юрских осадках бассейна, располагавшегося на месте Большого Кавказа, шло, главным образом, за счет существовавшей на месте Скифской плиты обширной суши, составлявшей одно целое с сушей ВЕП, т.е. первоисточники и промежуточные коллекторы россыпеобразующих минералов, сохраняющихся в условиях переноса и переотложения, могли быть теми же, что и в синхронных им россыпях Русской плиты. Начавшееся в олигоцене закрытие бассейна, обусловленное коллизионными процессами, вызванными продвижением к северу Аравийской плиты, отчленение Восточного Паратетиса и инверсия рельефа резко изменили палеогеографическую ситуацию: область осадконакопления сместилась к северу, а на юге появилась быстро растущая островная суша Большого Кавказа, признаки которой отчетливо фиксируются в виде дельтовых фаций уже в разрезе нижнемиоценовых (майкопских) отложений (Лабинский район).

Помимо Ставропольского района комплексных ПМР, в восточном секторе провинции выделяются также другие площади с непромышленными или неясными перспективами: Таманский, Тимашевский (в пределах Западно-Кубанского прогиба и Адыгейского выступа), Приазовский (вблизи Ростовского выступа), Ергенинский районы. Последний район находится в области миоцен-плиоценовой палеодолины Ергень-реки, протягивавшейся в субширотном направлении от Ергенинского поднятия через север Ставропольского свода к Азовскому морю. Повышенные концентрации тяжелых минералов установлены как в осадках палеодолины на Ергенинском поднятии, так и в подстилающих отложениях на глубинах 100-150 м.

Следует отметить еще одну важную, с нашей точки зрения, особенность титано-циркониевых россыпеносных формаций Северо-Кавказской провинции: их частичное положение в границах элизионных нефтегазоносных бассейнов, что определило возможное совмещение россыпей с гидрогенными концентрациями металлов, а в отдельных случаях, деформацию рудоносных слоев под влиянием процессов диапировой тектоники, например, в Таманском районе.

Минерагению осадочного чехла Скифской плиты определяют также повышенные концентрации мелкого и тонкого золота (МТЗ) в песчаногравийных осадках. Россыпная золотоносность осадочного чехла собственно Скифской плиты (исключая мелкие россыпи золота в горных долинах ее горного обрамления, в частности, северного склона Бол. Кавказа) представлена: а) концентрациями мелкого гравитационно-извлекаемого золота в песчано-гравийно-галечных отложениях континентальных дельт предгорных прогибов, сформированных в период роста альпийских сооружений (бассейны рек Терека и Кубани); б) концентрациями МТЗ в рудных песках ископаемых титано-циркониевых россыпей (например, в месторождении Бешпагир); в) скоплениями МТЗ в отложениях современных пляжей и в древних песчаных отложениях преимущественно аллювиального происхождения в акватории Азовского моря, Керченского пролива и Таманской части шельфа Черного моря.

Этот последний тип скоплений МТЗ, по данным украинских геологов, связан в основном с выносом крупных палеодолин (Палео-Дона и других) в периоды низкого стояния уровня моря. В пределах Азовского моря и Керченского пролива выделяются, по крайней мере, две генерации таких палеоврезов: послечаудинские долины позднеплиоцен-раннеголоценового возраста и послекарангатские долины начала раннего плейстоцена, залегающие на глубинах до 40-50 м.

Известны также единичные находки мелких алмазов в пляжевых песках (в частности, в районе Таганрога), а также гранатов с повышенной пироповой компонентой (в районе оз. Соленого).

Северо-Восток Азии, на территории которого располагаются северо-восточная часть Республики Саха (Якутия), Магаданская область. Корякский национальный округ, Камчатская и Амурская области, Хабаровский и Приморский края, представляет крупнейший регион добычи золота, олова, платиноидов, главными источниками которых являются россыпные месторождения. В тектоническом отношении он охватывает супертеррейны Верхояно-Колымской, Корякско-Камчатской областей, Чукотки и Охотско-Чукотский вулканогенный пояс (на севере) и Амурский и Сахалинский супертеррейны (на юге). В морфоструктуре региона преобладают выраженные хребтами, горными странами и нагорьями сводово-глыбовые поднятия, разделенные межгорными впадинами, днища которых заняты аккумулятивными и денудационными равнинами, приуроченными к жестким блокам срединных массивов, и узкими внутригорными впадинами-грабенами рифтового и рампового типов.

Относительная молодость рельефа определяется временем завершения складчатости; на большей части территории геоморфологический этап охватывает поздний мел-кайнозой, и лишь в Корякско-Камчатской области его начало приходится на конец палеогена. Самым молодым элементом является территориально входящая в состав мегапровинции Курильская островная дуга. Важнейшая региональная особенность строения современной поверхности — свойственное северному флангу территории смещение главного водораздела в сторону Охотского моря, вызывающее отчетливую асимметрию в строении долинных систем Арктического и Тихоокеанского бассейнов, отражающее особенности эволюции соответственно пассивной и активной континентальных окраин.

В минерагеническом отношении этот регион представляет собой одну из семи россыпных мегапровинций, которые выделяются на территории России. Ее столь высокий ранг определяется не только масштабами территории, но и сложным полиминеральным профилем россыпной минерализации, который отражает разнородность ее тектонического строения, разнотипность россыпеобразующих источников и сложность тектоно-геоморфологической эволюции, определивших многообразие минеральных (часто комплексных поликомпонентных), морфогенетических, возрастных и геолого-промышленных типов россыпных месторождений.

В пределах россыпной мегапровинции Северо-Востока Азии выделяются следующие полиминеральные россыпные провинции: Яно-Колымская (ЯК). Чукотская, или Чукотско-Корякская (ЧК), Дальневосточная (ДВ) и Охотско-Камчатская (OK) (таблица 4.6, рис. 4.34). Выделенные россыпные провинции соответствуют разнородным тектоническим элементам с разным стилем металлогении, а именно, Верхояно-Колымская россыпная провинция — коллажу террейнов Яно-Колымской орогенной области, включая Колымо-Омолонский супертеррейн, Чукотско-Корякская — Чукотскому и Корякскому супертеррейнам, Дальневосточная россыпная провинция -восточному флангу Монголо-Охотского орогенного пояса и Сихотэ-Алиньскому супертеррейну, Охотско-Камчатская — Камчатскому и Курильскому сегментам островодужной системы Северо-Западной Пацифики.

В пределах названных россыпных провинций могут быть выделены 17 россыпных субпровинций, большинство из которых также являются полиминеральными, при преобладании одного или двух ведущих минеральных типов россыпей. В качестве примера полиминеральных минерагенических зон могут быть названы Яно-Колымская россыпная зона, профиль которой определяют золото и олово (часто вместе с вольфрамом), и Амуро-Зейская россыпная (золото, агаты, МПГ в качестве сопутствующей минерализации). Примером мономинеральных минерагенических единиц соответствующего ранга являются Тындо-Зейская золотоносная зона, Ceвepo-Якутская костеносная россыпная субпровинция. В пределах субпровинций, в свою очередь, выделяются россыпные районы, минерагенический профиль которых, как правило, определяется каким-либо одним видом сырья, хотя известны и полиминеральные россыпные районы и даже узлы, например, с оловянно-вольфрамовой минерализацией (Центрально-Полоусный, Шелагско-Куветский россыпные районы, Омчикандинский, Иультинский, Мерекский россыпные узлы), золотоносные с сопутствующей редкоземельной минерализацией (Куларский россыпной район, Солурский и Хараулахский россыпные узлы), золото-платинометалльные (Пекульнейский узел) и др. Их сложный минерагенический профиль и комплексный состав россыпей определяются сочетанием факторов разного ранга.

Основной россыпной потенциал Северо-Востока Азии, в том числе расположенных здесь крупных и суперкрупных россыпных месторождений, определяют три вида сырья — золото, минералы платиновой группы и олово.

Особенности их минерагении и строения важнейших геологопромышленных типов россыпей, определяющих основной потенциал мегапровинции, нашли отражение в недавнем обобщении, к которому мы и отсылаем читателя, ограничившись здесь общим обзором и уделив значительное внимание «нетрадиционным» минеральным типам, без которых представление о стиле россыпной минерагении мегапровинции было бы неполным.

Всего на территории россыпной мегапровинции CB Азии к настоящему времени известно более 2500 россыпей и россыпных проявлений различного состава, в том числе 2000 золотоносных, около 200 оловоносных и олововольфрамовых, 37 платинометалльных, 110 россыпей ювелирно-поделочного сырья (в том числе 70 россыпей ископаемой мамонтовой кости), более 20 железистых (титаномагнетитовых) россыпей и россыпные концентрации других минеральных типов (редкометалльные, редкоземельные, киноварные).

Многообразие россыпеобразующих типов коренных источников, является, как было показано Н.А, Шило, одним из основных факторов, определяющих россыпной потенциал территорий. Главной и наиболее хорошо изученной россыпеобразующей золоторудной формацией, с которой связано подавляющее большинство промышленных россыпей региона, в том числе все крупные россыпные месторождения и месторождения-гиганты, является золото-кварцевая формация, пользующаяся широким распространением как в орогенных складчатых поясах, так и в структурах древней консолидации. Подчиненное россыпеобразующее значение имеет минерализация золото-сульфидно-кварцевого и золотосульфидного типов, а также золото-адуляр-кварцевая формация, последняя -в пределах Охотско-Чукоткого вулканогенного пояса (ОЧВП). Невыясненной остается роль таких типов россыпеобразующей минерализации, как золото-углеродистая (Амуро-Зейская провинция) и метаморфизованные конгломераты в выступах структур древней консолидации.

Среди олово- и вольфрамоносных россыпеобразующих формаций главное место занимают касситерит(вольфрамит)-кварцевая, представленная жильным, штокверковым и грейзеновым типами, и касситерит-силикатная, с которыми связаны практически все промышленные россыпи мегапровинции, в том числе, все россыпи-гиганты. Резко подчиненное значение имеет риолитовая формация в областях развития вулканитов ОЧВП.

Платинометалльные россыпеобразующие формации представлены иридисто-платиновой минерализацией в связи с габбро-пироксенит-дунитами и зонами офиолитового меланжа, в меньшей мере в связи с концентрически-зональными массивами щелочно-ультраосновных пород. Менее перспективен рутениридосминовый тип минерализации в связи с зонами серпентинитового меланжа дунит-гарцбургитовых пород, интересный, правда, тем, что с ними связаны комплексные россыпи золота и платиноидов (Восточная Чукотка). Ультрабазитовые породы офиолитовой альпинотипной формации выступают также в качестве источников своеобразной россыпеобразующей минерализации ювелирных и поделочных камней (ЮПК) — нефритовой и родингитовой (хр. Черского).

Следует отметить, что на территории мегапровинции пока еще недостаточно изучены россыпеобразующие свойства и потенциал черносланцевых пород как возможного источника попутной платинометалльной минерализации в россыпях Амурского региона, а также источника россыпных концентраций редкоземельных минералов (куларита) на северо-востоке Якутии.

Россыпеобразующая роль минерализации, связанной с вулканогенными породами, не ограничивается отмеченным выше незначительным вкладом в формирование россыпей золота и олова. Меловые андезито-базальты выступают в качестве источника агатовых россыпей, а четвертичные -источника благородного корунда (Южное Приморье), однако главная россыпеобразующая роль среди вулканических пород принадлежит туфогенным породам андезитового ряда островодужных комплексов, которые являются главным источником железистых (титаномагнетитовых) россыпей (Камчатко-Курильская зона). Особое место среди россыпеобразующих формаций занимают молодые нелитифицированные осадочные толщи, содержащие первичные скопления органогенного россыпеобразующего сырья — янтаря и ископаемой мамонтовой кости; в последнем случае, как будет показано ниже, таким первичным коллектором являются ледово-лессовые осадки «едомной свиты» среднего-верхнего плейстоцена.

Перечисленные типы россыпеобразующей минерализации относятся к разным металлогеническим эпохам. По-видимому, древнейшими потенциально россыпеобразующими комплексами следует считать развитые в Омолонском массиве (террейне) породы гранулитовой фации метаморфизма, давшие начало ископаемым нижневендским россыпям тяжелых минералов Приколымского района (данные В.И. Шпикермана). На локальных площадях в пределах древних массивов определенную россыпеобразующую роль играет ранне- и среднепалеозойское оруденение золото-кварцевой формации и, ограничено, эпитермальное золотое оруденение в связи среднепалеозойскими вулканитами (на Омолонском массиве), а также грейзены касситерит-кварцевой формации (на Ханкайском массиве). Можно говорить также об определенной россыпеобразующей роли позднепалеозойских редкометалльных гранитоидов тындинского комплекса в пределах Буреинского массива, пермо-триасовых серпентинизированных ультрабазитов как источников хромшпинелидов в россыпях Усть-Бельского района в Корякин и некоторых других. Однако наиболее масштабно в пределах мегапровинции, во всяком случае, в области занимающих большую ее территорию мезозойских супертеррейнов, проявлено россыпеобразующее оруденение (Au, Sn, W), ассоциирующее с постколлизионными гранитоидами юрско-мелового возраста.

Чтобы оценить золотоносный россыпной потенциал мегапровинции, приведем некоторые цифры и примеры. По данным А.П. Сорокина с соавторами, только один из старейших золотодобывающих регионов страны, юг Дальнего Востока, включая Амурскую область (Дальневосточная россыпная провинция), официальной датой начала золотодобычи в котором считается 1867 г., произвел почти 700 т учтенного золота (а включая неучтенное — более 1000 т), и при этом до сих пор в нем известно около 600 россыпных месторождений золота, стоящих на государственном балансе (рис. 4.35).

Еще более внушительные цифры характеризуют крайний северо-восток региона. В Магаданской части Верхояно-Колымской россыпной провинции известно более 1000 золотоносных россыпей и более 400 россыпей в Чукотско-Корякской провинции. Обе эти территории дали за более, чем 70-летний период их эксплуатации почти 3500 т золота, оправдав свое название «валютного цеха страны». При этом добыча россыпного золота в отдельные годы достигала 70-80 т и практически не опускалась ниже 30 т. Если к этому добавить потенциал россыпного золота Якутской части Верхояно-Колымской провинции с ее уникальным Верхне-Индигирским и Куларским районами, то картина становится еще более внушительной.

К категории крупных россыпных месторождений золота на территории мегапровинции могут быть отнесены более 15 объектов (россыпи Куларского и Верхне-Индигирского района, Нюкжинского и Дамбукинского районов в Тында-Зейской россыпной зоне, Золотогорского узла, Токурского и Харгинского районов в Тукурингской зоне. Октябрьского района в Амуро-Зейской россыпной области, а также месторождения Хаттынах, Ичувеем, Каральвеем и др.), а к категории супекрупных россыпей (гигантов), по крайней мере, 5 объектов — Чай-Юрья, Малый Ат-Юрях, Омчак, Берелех, Рывеем (рис. 4.36).

Северо-Восток Азии является также одним из ведущих на сегодняшний день производителей «шлиховой платины» — из россыпей Южной Корякин, разведка которых началось только в 1990 г. Помимо этих объектов и серии менее крупных россыпей минералов платиновой группы (Пекульнейская группа, Хатырская и др. на Восточной Чукотке, россыпей о-ва Феклистов), платинометалльная минерализация характерна также для целого ряда золотоносных россыпей Амуро-Зейской провинции.

Среди них крупнейшим объектом являются платиноносные россыпи Корякин, которые образуют компактный Сейнав-Гальмоэнский россыпной узел, насчитывающий почти 10 самостоятельных россыпей, в сумме составляющих крупный объект мирового уровня. Россыпной узел интересен тем, что его россыпеобразующая система чрезвычайно молода. Узел приурочен к Сейнавскому аллохтону на стыке Корякской и Олюторской структурноформационных зон, сложенных соответственно сантон-маастрихтским флишоидным комплексом корякской серии и вулканогенно-кремнистыми породами ватымской свиты кампан-маастирихта. Составной частью аллохтона являются прорывающие породы ватынской свиты концентрически-зональные габбро-пироксенит-дунитовые Гальмоэнский и Сейнавский массивы и связанные с ними зоны меланжа, выступающие в качестве источников россыпной минерализации, в составе которой доминирует изоферроплатина.

Возраст массивов — ранний-средний палеоцен — соответствует времени формирования основания островодужного комплекса; при этом их уровень эрозионного вскрытия невелик и не достиг дунитового ядра массивов. Платиновые россыпи залегают в долинах, характеризующихся избыточной мощностью аллювия и заключающих, помимо современного долинного комплекса, также серию террас/террасоувалов и погребенные тальвеги, однако возраст металлоносного аллювия ограничен верхним плейстоценом-голоценом (рис. 4.37). При этом наиболее высокие содержания МПГ (до 2 г/м3) и наиболее мощные пласты (до 7 м) характерны для 1-й надпойменной террасы, хотя в целом доля террасоувальных россыпей в общем балансе запасов МПГ невелика.

В противовес молодости системы и того обстоятельства, что формирование россыпей происходило в условиях гляциального и леригляциального литогенеза, важнейшую роль в их формировании, по мнению А.Г. Мочалова, сыграло присутствие развитых по габбро-пироксенит-дунитам зон серпентинитовых меланжей протяженностью во многие километры, в которых дробление и истирание материнских пород заменили процесс высвобождения россыпеобразующих минералов в коре выветривания — столь необходимое условие образования промышленных россыпей. Ускоренная денудация меланжей под воздействием ледников проявилась в формировании специфических серпентинитовых валунно-песчанисто-глинистых масс водно-ледникового («селевого») происхождения, которые сыграли роль промежуточных коллекторов и обеспечили разнос металлоносного обломочного материала за пределы рудоносных массивов и формирование протяженных россыпей (р. Левтыринваям — более 10 км).

В 30-е гг. XX в. уходит своими корнями история освоения оловянных и вольфрамовых россыпей, которая была связана с деятельностью предприятий Дальстроя. Именно в этот период были введены в эксплуатацию первые россыпные месторождения, которые играли важную роль в добыче олова вплоть до конца 1950-х гг., когда добыча олова из россыпей в отдельных районах поднималась до 85%. В настоящее время в россыпях региона содержится 12.31% общих запасов олова страны, а доля его добычи составляет 26.43%. При этом характерно, что если среди отработанных оловянных россыпей основную долю составляли небольшие и средние по масштабу месторождения, то сегодня главная доля запасов россыпного олова заключена в единичных крупных и супер крупных месторождениях.

В настоящее время Полоусно-Чокурдахская субпровинция на северном фланге Якутско-Колымской россыпной провинции, где находятся такие россыпи-гиганты, как Тирехтях (рис. 4.38) и Одинокое, а также прилегающие области Северо-Якутской субпровинции с оловоносными россыпями Северо-Ляховского россыпного района продолжают рассматриваться в качестве главного резерва оловоносных россыпей России.

Помимо золота, платиноидов и олова (с вольфрамом), составляющих реальный промышленный сырьевой потенциал Северо-Востока Азии, минерагенический облик россыпной мегапровинции в целом определяют также некоторые другие типы россыпей, одни их которых являются или могут являться объектом старательской или попутной добычи, а другие определяют общий россыпной потенциал региона.

Таковы россыпи киновари, характерные для Верхояно-Колымской и Чукотско-Корякской россыпных провинций, как правило, небольшие по масштабам, тесно пространственно совмещенные с коренными месторождениями в рамках единых рудно-россыпных полей. Большинство из них связано с ртутными месторождениями телетермального (прежде всего джаспероидного и лиственитового) и вулканогенного (карбонатно-аргиллитового) классов. В силу большой хрупкости киновари, это — типичные россыпи ближнего сноса, среди которых преобладают элювиально-склоновые, ложковые и аллювиальные типы россыпных концентраций.

Элювиально-склоновые россыпи киновари нередко приурочены к грубообломочным развалам в пределах рудных полей (м-ние Пламенное, Чукотка). Они имеют характер пластовых залежей мощностью до 3 м и содержат киноварь в количестве до 5 кг/м3, обычно в рудных обломках, в сростках с кварцем, редко в полностью высвобожденном виде; изредка встречается также самородная ртуть. Такие россыпи могут обогащаться по рудной схеме.

Более значительны по масштабам киноварные россыпи ложкового и аллювиального типа, содержащие киноварь в виде свободных кристаллов и «гальки богатых руд». Эти россыпи формируются локально при благоприятных условиях денудации рудных полей. Киноварные россыпи, как правило, представляют собой четко морфологически оформленные пластовые приплотиковые залежи с мощностью промышленного пласта 0.2-3 м, струйчатого и гнездового строения. Они всегда непосредственно связаны с питающим источником, обычно обнажающимся непосредственно в днище долины или в нижней части ее бортов. Часто пласт непосредственно переходит в рудные зоны, и при сильно трещиноватом плотике бывает трудно определить, имеем ли мы дело с первичными концентрациями или с гравитационной просадкой киновари в водно-аллювиальной среде. Содержание киновари в россыпях ложково-аллювиального генезиса составляет 0.5-5 кг/м3, а протяженность россыпей с таким уровнем содержаний редко превышает 1.5-2 км. Классическим примером таких россыпей является россыпное месторождение Уолаах-Кыыс-Юреге в южных предгорьях хр. Кулар (Республика Саха-Якутия).

Из известных киноварных россыпей мегапровинции Северо-Востока Азии (Палян, Пламенный на Чукотке, Зинкор и другие в хр. Полоусном) охарактеризованное месторождение является наиболее масштабным, однако в силу ограниченных запасов не может рассматриваться в качестве перспективного объекта.

Редкометальная и редкоземельная россыпная минерализация в пределах рассматриваемого региона распространена весьма ограничено. Как самостоятельный минеральный тип россыпей она представлена единственным объектом — россыпью Горного озера в связи с карбонатитами в массиве Сетта-Дабан, а в качестве сопутствующей присутствует в золотых (в виде куларита в россыпях Куларского района и ксенотима в некоторых россыпях Индигирского района), в оловянных (в виде колумбита в россыпях Восточной Чукотки) россыпных месторождениях. Однако промышленная ценность этой сопутствующей минерализации сомнительна или остается недостаточно изученной.

Пирохлор-колумбитовая россыпь Горного озера в хр. Сетта-Дабан расположена в пределах отчлененного блока Восточно-Азиатского кратона, включенного в систему чешуйчато-надвигового Сетта-Дабанского поднятия Верхоянской мегазоны. Месторождение целиком находится на площади палеозойского массива ультраосновных-щелочных пород и карбонатитов, которые интенсивно затронуты ледниковой экзарацией. Россыпь приурочена к ледниковому цирку, выработанному в слабоустойчивых карстующих породах (кальцитовых и кальцит-доломитовых карбонатитах), и впоследствии заполненному ледниково-озерными осадками значительной (несколько десятков метров) мощности; Ледниковое озеро имеет площадь 0.8 км2, а общая площадь продуктивных озерных осадков, развитых в южной и западной части котловины, составляет около 1.1 км2 при мощности до 50 м (рис. 4.39). Продуктивные отложения представлены слабосортированными среднезернистыми пироксен-слюдисто-полевошпатовыми песками и супесями и по сравнению с материнскими породами существенно (в 4-5 раз) обеднены кальцитом. Доминирующим является класс крупности -1.25+0.071 мм, который и обогащен пирохлор-колумбитом, цирконом, ильменитом, монацитом. По данным ГИРЕДМЕТ, россыпь представляет собой высоко комплексное месторождение, из которого при упрощенном варианте комбинированной магнитно-флотационно-гравитационной технологической схемы можно получать несколько различных рудных концентратов: комплексный редкометалльный, ниобиевый пирохлоровый, редкоземельный, цирконовый, апатитовый.

Куларитсодержащие золотоносные россыпи Куларского района в Северо-Восточной Якутии могут рассматриваться в качестве перспективного типа россыпных месторождений, в которых редкоземельный концентрат может представлять продукт попутного обогащения хвостов россыпи. Куларит-аутигенная разновидность монацита — отличается от «обычного» монацита несколько меньшей плотностью, повышенным содержанием европия (до 1%) и низким содержанием или полным отсутствием тория. Его источником являются углеродисто-метатерригенные (черносланцевые) породы миогеосинклинальных комплексов, в данном районе — каменноугольнопермские породы, вскрывающиеся в ядрах Харалахского и Куларского антиклинориев.

В золотоносных песках Кулара средние содержания куларита составляют около 1 кг/м3 при колебаниях от 0.1 до 2 кг/м3, а в хвостах обогащения россыпей — 1.5-5 кг/м3. В пределах района известны, по крайней мере, три участка с повышенными содержаниями РЗЭ в золотоносных песках и с собственно куларитовыми россыпными проявлениями: Солурский, Соурдахский и Улахан-Сисский. Наиболее детально изучено распределение куларита в песках и хвостах обогащения россыпей Солурского узла, где в свое время были выделены три участка с переданными на баланс ГОКа суммарными запасами куларита более 6 тыс.т при среднем его содержании 1067 г/м3 (россыпи Центральная, Вера и др.). Кроме того, в россыпи руч. Отрожный запасы куларита составляют около 6 тыс.т при среднем содержании 1-1.5 кг/м3 и золота более 50 мг/м3 (данные ГИРЕДМЕТ). Куларитовые концентраты Куларских россыпей содержат Е TR2O3 более 52%, в том числе индивидуальных редких земель: La2O3 — 20.8%, Ce2O3 — 42.68%, Nd2O3 -22.45%; содержание Eu 0.39% от суммы РЗЭ. Концентраты радиактивны.

Проблема промышленной ценности куларитовых россыпей — прежде всего технологическая. Разработанная ГИРЕДМЕТом единая технологическая схема обогащения исходных песков и хвостов обогащения позволяет получать 95%-ный куларитовый концентрат при сквозном его извлечении 72%. Подсчитано, что при годовой производительности добычи песков на уровне 250 тыс.т попутно могут быть получены 540 т куларитового концентрата; при вовлечении дополнительно в переработку хвостов обогащения с содержанием куларита 1.5 кг/м3 годовой объем редкоземельной продукции может быть увеличен в полтора раза.

Реальные перспективы выявления редкоземельных россыпей имеются и в Чай-Юрьинско-Берелехском районе, где в золотоносном аллювии р. Берелех известны участки с содержанием куларита до 3-5 кг/м3.

Среди второстепенных по значению минеральных видов россыпей рудного сырья, выявленных в последнее время, незначительных по размерам, но определяющих общий минерагенический облик россыпной мегапровинции Северо-Востока Азии, следует назвать также аллювиальные титаноносные (ильменитовые) россыпи Катэнского узла, которые связаны с габброноритами зонально построенного Тигринового массива в Сихотэ-Алиньской субпровинции Дальневосточной россыпной провинции.

Россыпная мегапровинция Северо-Востока Азии известна также россыпями и россыпными проявлениями ювелирно-поделочного сырья.

Проявление в различных ее частях мелового андезитового и позднекайнозойского (плиоцен-четвертичного) базальтоидного вулканизма определило формирование агатовых россыпей, которые, как известно, представляют собой главный промышленный тип месторождений этого вида ЮПК, поскольку в силу своих физико-химических свойств и размеров выделений агаты-халцедоны хорошо сохраняются в условиях выветривания, длительного переноса и пребывания в водно-аллювиальной среде.

В рассматриваемой россыпной мегапровинции Северо-Востока Азии промышленные россыпи агата известны в Верхояно-Колымской провинции (Средне-Колымская минерагеническая зона, Алазейский россыпной район и др.), в Чукотско-Корякской провинции (россыпи р. Кремянки и Рывеемского золотоносного узла), а также в Амуро-Зейской минерагенической области Дальневосточной провинции (Нора-Селемджинсий район).

Агатоносные россыпи бассейна pp. Норы и Селемджи связаны с обширными полями верхнемеловых базальтов и андезито-дацитов талданской свиты по восточному обрамлению Амуро-Зейской депрессии. Большинство коренных проявлений халцедона сопровождается элювиальными и склоновыми россыпями, которые, однако, не представляют промышленного интереса из-за низкого качества агатов. Важнейшее значение в формировании россыпей Нора-Селемджинского района сыграли не сами эффузивы, а промежуточные коллекторы — миоцен-нижнечетвертичные отложения бузулинской, сазанковской и белогорской свит. Главными геологопромышленными типами россыпей агата-халцедона Нора-Селемджинского района являются современные аллювиальные русловые и косовые россыпи, расположенные в бассейне одноименных рек. Общая протяженность известных россыпей района составляет сотни километров, однако наиболее интересные в промышленном отношении залежи находятся в средней части бассейна р. Селемджа и ее притоков — рек Нора, Бурунда, Меун и др. Питание указанных россыпей осуществляется двумя путями. При непосредственном размыве андезит-базальтовых пород талданской свиты нижнего мела размеры гальки в россыпях обычно составляют 2-3 см, редко до 15 см. Преобладают желто- и буро-окрашенные гальки, как результат их нахождения в водно-аллювиальной среде с повышенной железостостью; обычны сердолик, сардер, бастионные агаты, ониксы. Этот тип агатов отражает обстановку четвертичного литогенеза. При формировании россыпей за счет перемыва кайнозойских агатоносных отложений, образованных за счет перемыва кор выветривания каолинового типа, в которых происходит обесцвечивание миндалин, в них преобладает светлоокрашенная неокатанная галька халцедона и агатов — серо-голубая, бледно-зеленая, светло-желтая, медовая, черная, прозрачная, а также халцедоны-ониксы. Единичные крупные гальки достигают 20-22 см.

Б.Т. Кудайбергенов обратил внимание на то, что морфология галечных кос и распределение содержаний халцедона существенно меняются от сезона к сезону и, в особенности, после прохождения паводков. В связи с этим при поисках и разведке этих россыпей следует учитывать возможность их частичного уничтожения или наоборот восстановления в процессе изменения морфологии русла. С другой стороны, от сезона к сезону наблюдается частичное восстановление (возобновляемость) отработанных агатсодержащих галечных кос и отмелей, особенно после прохождения катастрофических паводков. Например, по данным ПО «Далькварцсамоцветы», ежегодная добыча с одной и той же площади кос и перекатов в россыпи р. Бурунды составила в четыре последовательных года (1982-1985 гг.) соответственно 3242, 2282, 2515 и 3741 кг, причем каждый сезон сырье выбиралось с поверхности кос практически полностью. В 1985 г. добыча халцедона происходила трижды, и максимальная добыча соответствовала периоду после прохождения наибольшего летнего паводка.

Особого упоминания заслуживают также агатоносные россыпи Рывеемского золотоносного узла, где агаты служат предметом попутной добычи при отработке россыпей золота. Агаты Рывеемского района отличаются редкой голубовато-черной и синеватой окраской; среди них весьма часты концентрически построенные, полосчатые, «бастионные» и «пейзажные» агаты, обладающие высокой коллекционной ценностью.

Промышленный интерес представляют также россыпи ювелирного сапфира бассейна р. Кедровки в Северном Приморье, имеющие «базальтовое» происхождение, что сближает их со знаменитыми сапфировыми и корундовыми россыпями Австралии. Благородный корунд, в том числе ювелирные разности сапфира присутствуют в тяжелой фракции аллювия в виде зерен крупностью до 5 см; им сопутствуют шпинели, альмандин, циркон, ильменит, титаномагнетит, а также вольфрамит, касситерит и золото. Изучение щелочно-базальтовых вулканов Шкотовского плато показало, что корунды и сапфиры присутствуют также в элювии и склоновых отложениях, покрывающих склоны вулканов, в виде высвобожденных мегакрист размером до 3 см в диаметре (вместе с ильменитом, цирконом, санидином), в то время как лерцолитовые включения -оливин, хромдиопсид, энстатит, шпинель — представлены зернами размером 0.2-3 мм. Сапфиры из россыпей Приморья обладают высокими ювелирными качествами и уже используются как ограночное сырье.

Из других видов россыпей ЮПК следует отметить россыпи, ассоциирующие с породами ультрабазитового ряда, прежде всего валунные аллювиальные россыпи поделочного нефрита и ювелирного родингита верховьев рек Кыры и Мунилкан (Догдинский россыпной узел) на междуречье рек Догдо и Селленях, связанные с выходами альпинотипных ультрамафитов в зоне Мунилканского офиолитового террейна в осевой части хр. Черского. Протяженность валунных россыпей, сложенных крупноглыбовым материалом от 0.5 до 2 м в поперечнике, достигает нескольких километров. Ценность россыпей определяется присутствием в составе глыб родингита (метасоматических пород гроссулярового, диопсид-гроссулярового и везувиан-хлорит-диопсидового состава), содержащих блоки высококачественного ювелирно-поделочного сырья — прозрачные и полупрозрачные разности яблочно-зеленого цвета.

Наряду с традиционными минеральными видами россыпей, занимающими прочное место в структуре минерально-сырьевой базы благородных, цветных и черных металлов и определяющими суммарный потенциал россыпей мегапровинции Северо-Востока Азии, выделяется еще одна группа россыпных месторождений, которые характерны исключительно для обширных ледово-лессовых равнин Субарктики, являвшихся главным ареалом обитания мамонтовой фауны. Это — остаточные россыпи ископаемой мамонтовой кости (ИМК), которые известны и эксплуатируются на протяжении более двух веков, причем в годы расцвета промысла из остаточных скоплений мамонтового бивня на бечевниках рек и ветровых морских осушках Северо-Востока Якутии добывалось в среднем 25 т сырья в год, а в последний период в конце XX в. за 8-10 лет было добыто около 50 т (Смирнов, 2004). При существующей градации месторождений ИМК, основанной на опыте добычных работ, здесь известны, наряду с мелкими объектами, крупные россыпи с запасами более 9 т и средние с запасами 5-9 т.

Основные скопления ИМК сосредоточены по побережьям Восточно-Арктических морей, а само их возникновение в значительной мере стимулировано развитием послеледниковой трансгрессии, в ходе которой создались условия для деградации материнских ледово-лессовых пород, содержащих остатки мамонтовой фауны. Поэтому, как показал А.М. Смирнов, этот вид россыпей является неотъемлемым компонентом природной среды и сырьевого потенциала россыпей Восточно-Арктической шельфовой области (включая приморские равнины и островную сушу) и рассматривается нами в главе книги, посвященной минерагении современных шельфовых областей.

Из россыпей биогенного сырья известны также скопления янтаря в палеогеновых отложениях Сахалина.

Несколько слов следует также сказать о минерагении древних ископаемых россыпей — реликтов палеообстановок, предшествовавших мезокайнозойскому этапу развития территории. Таковыми являются древние метаморфизованные россыпи тяжелых минералов и алмазов, отвечающие ископаемым типам обстановок доорогенного этапа.

В пределах мегапровинции можно выделить, по крайней мере, два типа таких кпастогенных концентраций. Это: прибрежно-морские палеороссыпи в составе терригенных осадков позднепалезойских-раннемезозойских комплексов пассивной окраины Восточно-Сибирского кратона (миогеосинклинальных комплексов) и метаморфизованные россыпи докембрийского возраста в пределах древних террейнов, представляющих собой осколки структур древней консолидации (срединных массивов).

К россыпям первого типа относятся ископаемые прибрежно-морские россыпи алмазов в базальных конгломератах карнийского, норийского и ретского ярусов верхнего триаса Северного Верхоянья (Хараулахский кряж) и кряжа Чекановского, впервые установленные в 1980-е годы работами «Аэрогеологии», а в последние горы детально изученные С.А. Граханоеым. Эти палеороссыпи представляют собой типичные концентрации литоральной и сублиторальной зон и образовались за счет источников, располагавшихся в Анабарском районе Сибирской платформы. К такому типу палеороссыпей следует отнести и описанные Г.Ю. Акимовым повышенные концентрации циркона в песчаниках и алевролитах норийского возраста на площади Тарынского золоторудного месторождения в Верхне-Индигирском районе, которые представляют собой литифицированные аналоги прибрежно-морских россыпей тяжелых минералов современных пассивных шельфовых областей.

Второй тип ископаемых россыпей характерен для докебрийских террейнов (срединных массивов). Его представителями являются металлоносные песчаники в составе сяпикенесской свиты нижнего венда При колымского террейна (бассейн р. Столбовой). Согласно В.И. Шликерману, эти кварцитоподобные песчаники насыщены рудными минералами, которые группируются в прослоях мощностью от 1-2 мм до 34 см, объединенные в слои мощностью до 15-20 м. Минерализация имеет рутил-мартит-цирконовый состав (ср. с рутилитами Южного Урала и Кокчетавского массива). Среди рудных минералов доминирует мартитизированный титаномагнетит, составляющий около 80% общего объема тяжелой фракции. Помимо гематита (мартита), магнетита, ильменита, рутила, малакона, присутствующих в виде зернен размером от 0.1 до 1.5 мм, характерны также турмалин, ильменорутил, а в качестве примеси касситерит, гранат, монацит, торит, сфен. Эпигенетические преобразования вендских пляжевых россыпей значительны. Участками они метаморфизованы на уровне фации зеленых сланцев. Однако в целом степень метаморфизма этих отложений значительно ниже, чем в подстилающих их рифейских породах.

В заключение следует подчеркнуть, что а настоящий период, когда богатейшие близповерхностные россыпные месторождения россыпной мегапровинции CB Азии (главным образом, золота и олова), развитые в областях денудационного рельефа, в значительной мере отработаны, главный интерес представляют сформированные за их счет техногенные россыпи. Основные перспективы развития минерально-сырьевой базы россыпей стратегических и других видов сырья в пределах мегапровинции связаны с:

— расширением перспектив периконтинентальных областей, прежде всего, с восточноарктической шельфовой областью (ВАШ), где располагаются основные ресурсы россыпного золота и олова, а также россыпей ИМК;

— выявлением и освоением многопластовых погребенных россыпей внутригорных ападин (золото, олово);

— вовлечением в освоение россыпей нетрадиционных технологических типов, опробование и отработка которых предполагает применение рудных схем обогащения (олово);

— переоценкой техногенных россыпей благородных металлов (золото, металлы платиновой группы);

— изучением и освоением нетрадиционных минеральных типов россыпей и попутным извлечением ценных компонентов из комплексных россыпей.