Месяц: Август 2019

Четыре новых объекта строятся в игорной зоне «Приморье» под Владивостоком, первая очередь будет введена в эксплуатацию в 2019 году, сообщает администрация края.

Развлекательная курортная зона «Приморье» разместилась в бухте Муравьиная под Владивостоком. На площади шестьсот двадцать гектаров помимо развлекательных центров и казино ряд инвесторов планируют возвести четыре пятизвездочных отеля, семь — четырехзвездочных и четыре — трехзвездочных, двенадцать гостевых вилл, яхт-клуб, многофункциональный торгово-выставочный комплекс, несколько кинотеатров, прогулочную набережную. В курортной зоне «Приморье» восьмого октября прошлого года состоялся тестовый запуск самого крупного казино в России Tigre de Cristal, официально комплекс открылся 11 ноября 2015 года.

Во вторник полпред президента России в ДФО Юрий Трутнев проинспектировал развлекательную курортную зону «Приморье», где на сегодняшний день ведется строительство одновременно четырех объектов.

«Компания «Даймонд Форчун Холдингс Прим» приступила к реализации сразу двух проектов – на участке номер одинадцать возводится гостиничный комплекс с казино Sun, а на участках номер два и четыре комплекс Selena. На участке номер двадцать два компанией общество с ограниченной ответственностью «Приморский Энтертеймент Резортз Сити» строится гостиничный комплекс с казино и аквапарком, на участке номер шестнадцать работает компания «Роял Тайм Приморье». Первая очередь объектов должна быть введена резидентами в эксплуатацию в 2019 году, вторая – к 2021 году», – сообщил руководитель Корпорации развития Приморского края Андрей Фоломеев.

Первый комплекс Tiger de Cristal, открытый в октябре прошлого года, посетили уже более ста тысяч туристов. На вопрос Трутнев, когда «Джи 1 Интертейнмент» начнет строительство следующих объектов, генеральный директор Ванг Джон Питер Бен отметил, что компания уже приступила к проработке второй очереди проекта.

«Следующий этап – строительство двух отелей пятьсот номеров, зданий в виде башен, соединенных переходом, на участке номер десять, там же разместится и торговый центр. На сегодняшний день идет разработка проекта, строительство начнется весной 2017 года», – отметил Ванг Джон Питер Бен.

Ключевыми инвесторами игорной зоны являются «Джи 1 Интертейнмент» совместно с Melco International Development Limited, малайзийская компания NagaCorp Ltd, «Роял Тайм Приморье» и «Даймонд Форчун Холдингс Прим».

Большинство рек образуют в долине петли и изгибы, которые называются меандрами. Они появляются за счет трения воды, текущей у дна русла. Вода в меандре должна пройти большее расстояние вдоль внешней стороны для того чтобы остаться на одном уровне с водой, движущейся по внутренней стороне; следовательно, вода на внешней стороне имеет более высокую скорость, поэтому она интенсивнее размывает (эродирует) внешний берег. Скорость течения воды на внутренней стороне меандра замедляется, оставляя наиболее крупные взвешенные отложения (песок). Такая схема эрозии и осадконакопления приводит к росту меандра. Песчаные косы в форме полумесяца, расположенные на внутренней стороне меандров (см. рис. 6.9), называются отмелями. После того как река покидает меандр, в русле остается глиняная пробка, которая впоследствии превращается в сланец.

Погребенные песчаники отмелей обычно являются хорошими коллекторами для нефти и газа. Примером может служить месторождение Миллер-Крик в бассейне Паудер-Ривер в штате Вайоминг (см. рис. 6.10), где добывают нефть и газ из песчаника Фолл-Ривер мелового возраста. Ожидаемая продуктивность месторождения — 5 млн бар. (0,8 млн куб. м) нефти с плотностью 33°АРI. Песчаник залегает под углом 2° к юго-западу. Залежи нефти в песчанике вытянуты поперек речного русла, заполненного сланцем и направленного к востоку. Мощность нефтеносного пласта — 35 фут. (11 м); он имеет хорошую пористость и проницаемость.

Нефтяное месторождение Буш-Сити в Восточном Канзасе (см. рис. 6.11) образовалось на участке речного русла. Порода-коллектор представляет собой песчаник пенсильванского возраста длиной 13 миль (21 км), шириной около 0,25 мили (0,4 км) и мощностью 50 фут. (15 м). Продуктивным является весь участок русла, залегающий на глубине всего около 600 фут. (180 м).

Большая часть речных песчаников во время повышения и понижения уровня моря залегает и сохраняется в виде врезанных долинных отложений. При понижении уровня моря река врезается (эродирует) в долину, при повышении — долина заполняется песчаными отложениями. Если же пески накрывает покрывающая порода, может образоваться газовая либо нефтяная ловушка.

Месторождение Юго-Западный Стокхолм в Канзасе, обнаруженное в 1979 г., может служить примером врезанных отложений (см. рис. 6.12). Стокхолмский песчаник пенсильванского возраста является коллектором, который расположен на глубине 5000 фут. (1500 м). Покрывающая порода — сланец, материнская порода — также сланец. Запасы месторождения оцениваются в 27 млн бар. (4 млн куб. м), и суммарная добыча может составить 11 млн бар. (2 млн куб. м) легкой малосернистой нефти.

Разветвленная река состоит из взаимосвязанных каналов, разделенных песчаными и галечными отмелями (см. рис. 6.13). Причиной разветвления является перегрузка рек отложениями, которые они не в состоянии переносить. Сэйдлрочитский песчаник триасового возраста, формирующий основной коллектор месторождения Прадхо-Бэй на Аляске, был частично отложен разветвленной рекой.

Общие понятия о проектировании и расчете мостовых сооружений были даны ранее. Особенность металлических мостов в том, что их, как правило, устраивают через широкие глубоководные водотоки, с трудными ледовыми условиями, интенсивным судоходством и т.д. Методология решения общей компоновочной задачи, т.е. составления вариантов и выбора схемы моста, не имеет особых отличий от больших железобетонных сооружений. Однако задача осложняется указанными обстоятельствами. Кроме того, расчет стальных конструкций имеет специфику по сравнению с деревянными и железобетонными мостами.
В процессе разработки рабочей документации пролетного строения выполняют расчеты, которые играют поверочную роль, т.е. вначале проектировщик намечает конструктивный замысел, а затем проверяет его аналитически расчетом и при необходимости корректирует задуманное.
Расчет мостовых конструкций состоит из следующих этапов:
1. Определение внутренних усилий (осевых усилий, изгибающих моментов, поперечных сил), вызываемых постоянными и временными нагрузками в различных их сочетаниях.
2. Проверка несущей способности конструкции, обеспечивающей надежность ее нормальной эксплуатации в течение длительного времени.
3. Проверка деформативности конструкции.
Первая задача решается выбором адекватной расчетной схемы конструкции и применением соответствующих методов строительной механики, а также вычислительных средств.
Несущую способность мостов до 50-х гг. прошлого столетия проверяли по способу допускаемых напряжений. Он состоял в том, что полученные из расчета напряжения сравнивали с допускаемыми. Последние определяли путем введения коэффициента запаса по отношению к предельным напряжениям: M = σТ/кЗ. В качестве σТ принимали временное сопротивление металла разрыву или предел текучести, отвечающий появлению недопустимо больших деформаций.
Коэффициент запаса кЗ является всеобъемлющей характеристикой, от которой зависит не только надежность сооружения, но и его экономические качества. Основной недостаток коэффициента запаса в том, что он не позволяет оценить величину изменчивости нагрузок различных видов и учесть возможные уточнения отдельных факторов, связанных с особенностями работы всей конструкции, ее элементов или используемых материалов.
Этого недостатка, в основном, лишен метод предельных состояний, разработанный В.А. Балдиным, А.А. Гвоздевым, Н.С. Стрелецким и др. Он включен в отечественные нормы проектирования мостов в 1962 г. и используется в настоящее время.
Главная идея данного метода заключается в рассмотрении в расчетах конкретных физических или геометрических состояний конструкции, при которых она перестает удовлетворять эксплуатационным требованиям. В настоящее время все возможные предельные состояния объединены в две группы.
При наступлении предельного состояния I группы конструкция становится полностью непригодной к эксплуатации (или возведению). Это соответствует аварийной ситуации, вызванной потерей несущей способности из-за хрупкого, вязкого или усталостного разрушения; потерей устойчивости формы (от продольного изгиба; общей или местной устойчивости) или положения в пространстве (от опрокидывания или сдвига); переходом конструкции в изменяемую систему; опасными резонансными колебаниями и др.
Наступление предельного состояния II группы вызывает лишь затруднения в процессе нормальной эксплуатации, связанные с необходимостью ограничить скорости движения транспорта из-за появления чрезмерных деформаций, перемещений, прогибов, углов поворота, осадок, колебаний, а также проведением внеочередных ремонтов, снижением долговечности сооружения от образования и недопустимого раскрытия трещин в бетоне. Расчеты как целых конструкций, так и их элементов должны гарантировать невозможность наступления любого из перечисленных предельных состояний на всех стадиях работы сооружения.
Физический смысл расчетов по предельным состояниям I группы сводится к тому, чтобы максимально возможное внутреннее усилие F в сечении элемента не превышало его минимальной несущей способности Ф, т.е. F ≤ Ф. Расчеты по предельным состояниям II группы также имеют форму ограничений, например, прогибов изгибаемых балок f ≤ flim и т.д.
Преимуществом метода является возможность раздельного учета различных факторов с помощью системы дифференцированных коэффициентов запаса. Это позволяет в наибольшей степени приблизить результаты расчетов к действительным условиям работы сооружения под нагрузками. Тогда первое неравенство для расчетов на прочность может быть представлено в развернутом виде:

При наличии на мосту нескольких путей (или полос движения) необходимо вводить к временной нагрузке дополнительные коэффициенты s1 < 1, учитывающие вероятность одновременного максимального загружения каждого из путей (или полос). Коэффициенты надежности по постоянным и временным нагрузкам γfpi и γfvi учитывают возможность случайных отклонений действительных нагрузок в неблагоприятную сторону от их нормативных значений. Расчет конструкций должен выполняться на наиболее неблагоприятные сочетания временных нагрузок vi. Однако при этом мала вероятность одновременного достижения ими максимальных значений. Поэтому в расчеты вводят коэффициенты сочетаний η ≤ 1.
Нормативное сопротивление материала конструкции Rn устанавливается нормами по прочности контрольных образцов с обеспеченностью не менее 0,95. Коэффициенты надежности по материалу γm учитывают возможный разброс механической прочности, а также различия прочности материалов реальных элементов и опытных образцов. Коэффициенты надежности по назначению γn учитывают степень ответственности и капитальности сооружений различного назначения и значимость последствий наступления предельного состояния. Коэффициенты mj отражают условия работы отдельных элементов конструкции, условность расчетной схемы, метода расчета и других факторов, которые не принимают во внимание при прямых расчетах. Проектировщики обычно используют не нормативное Rn, а расчетное сопротивление материала R = m1Rn/γm.
Последствия наступления каждого из предельных состояний различны. Поэтому каждый вид расчета выполняют со своей системой коэффициентов (табл. 1.1).

В табл. 1.1 использованы обозначения: Ω, ω — полная площадь линии влияния усилия N и ее часть; ε — коэффициент, вводимый при расчете на железнодорожную нагрузку без учета транспортеров в ее составе; φ — коэффициент продольного изгиба; Mu, Mz — соответственно моменты опрокидывающих и удерживающих сил; acr, Δcr — соответственно расчетная и предельно допустимая ширина раскрытия трещин.
Предельные состояния, означающие потерю несущей способности, всегда имеют силовые критерии критерий краевой текучести и критерий шарнира текучести. Они принимались и для предельных состояний, означающих потерю эксплуатационной пригодности. Ho уже в первые годы разработки методики предельных состояний Н.С. Стрелецкий предложил заменить силовые критерии на деформационные. Однако несмотря на логичность нового критерия, гарантирующего от чрезмерного развития пластических деформаций, на реализацию этого предложения потребовалось три десятилетия. Расчеты металлоконструкций по ограниченным пластическим деформациям в предельных состояниях первой группы были введены в нормы проектирования мостов 1984 г.
Таким образом, важная особенность расчета металлических мостов по отношению к сооружениям из других материалов в том, что в качестве критерия предельного состояния I группы (из условий прочности) принята ограниченная пластическая деформация в сечениях элементов от расчетных нагрузок. При этом в качестве критерия предельного состояния II группы не допускаются пластические деформации в сечениях элементов от нормативных нагрузок, т.е. обеспечивается упругая работа конструкции.
В реальных сооружениях имеют дело не с идеальной, а с конструктивной прочностью элементов (из-за концентрации деформаций, остаточных напряжений и т.п.). Поэтому в таких условиях допускается только ограниченная повреждаемость материала и соединений, в частности сварных швов, что и отражает пластическая деформация.
Для установления критерия предельного состояния необходимо рассмотреть диаграмму работы конструкции вплоть до исчерпания несущей способности, например, диаграмму Прандтля (рис. 1.10, а). За предельное состояние по прочности может быть принято такое, при котором ограниченные пластические деформации возникают в наиболее напряженных частях конструкции. Однако в любом случае сохраняются области упругих деформаций. Максимальная пластическая деформация установлена в пределах 0,0025.

Предельному состоянию от расчетных нагрузок на кривой (см. рис. 1.10, а) соответствует точка с координатами (P2, Δ2), т.e. упругопластическая стадия работы. Здесь в месте действия максимального изгибающего момента в балке, начиная от крайних, наиболее напряженных фибр поперечного сечения балки, в направлении к нейтральной оси начинают развиваться пластические (необратимые) деформации (рис. 1.10, б). Это означает, что при полной разгрузке конструкции от точки (P2, Δ2) на диаграмме рис. 1.10, а в балке образуются остаточные деформации Δост.
Это состояние возможно лишь при неблагоприятном совпадении различных факторов, таких, как максимальное значение коэффициента надежности по нагрузке и динамического коэффициента, одновременное действие максимальных значений различных сил, минимальное значение прочностных свойств материала. Максимальные для нормальной эксплуатации значения нормативных подвижных нагрузок определяются соответственно точкой диаграммы с координатами (P1, Δ1), т.е. конструкция должна работать в упругой стадии.
Упругопластическая стадия работы металлической конструкции при расчетах на прочность в существующих нормах проектирования мостов учитывается системой коэффициентов ei ≥ 1, вводимых в знаменатель левой части условия прочности σ ≤ R.
Рассмотренное уточнение методики расчета металлических пролетных строений способствует решению важнейшей проблемы экономии стали.

Мезенско-Камский нефтегазоносный бассейн охватывает обширную территорию восточной части Русской платформы. Бассейн включает ряд платформенных впадин, выполненных осадочными образованиями, покоящимися на архейском кристаллическом фундаменте.

Обрамлением бассейна служат различные по своему возрасту и значению поднятия Русской платформы: Балтийский щит, Татарский и Уфимский (Пермо-Башкирский) своды и Тиманский кряж.

Западная граница бассейна проходит по юго-восточному склону Балтийского щита, сложенного с поверхности архейскими и протерозойскими породами.

Южная граница прослеживается по Кукмарско-Кизнеровскому валу, приуроченному к наиболее высокой части Камского поднятия Татарского свода и Уфимскому своду до р. Кара-Тау. Восточная граница между Мезенско-Камским бассейном и Сылвинским бассейном Предуральского прогиба проводится по Уфимскому и Бондюжскому валам, приуроченным к зоне сочленения северо-восточного края Русской платформы и Предуральского прогиба. На северо-востоке граница бассейна проходит по западному склону Тиманского кряжа.

Татарский и Уфимский своды почти не выражены орографически. Они являются барьером между Северо-Каспийским и Мезенско-Камским бассейнами, через который возможно переливание вод внутри водонапорных комплексов из одного бассейна в другой. Переливание вод возможно и между Среднерусским и Мезенско-Камским бассейнами через Котельническо-Опаринский раздел.

Фундаментом бассейна служат архейские кристаллические образования, представленные гранитами, гранито-гнейсами и гнейсами. Фундамент имеет довольно сложное строение и распадается на ряд впадин и поднятий, получивших в основном отражение в современном структурном плане. Наиболее крупными впадинами являются Предтиманский краевой прогиб и Вятско-Камская впадина (рис. 41).

Выполняющий бассейн осадочный комплекс пород представлен отложениями верхнего протерозоя, палеозоя, мезозоя и кайнозоя, среди которых породы палеозоя имеют преимущественное распространение.

Среди осадочных комплексов пород преобладают терригенные разности. Встречаются также карбонатные и гидрохимические осадки. Максимальную мощность осадочного чехла, по-видимому, следует ожидать в Предтиманском прогибе (4000—5000 м), свыше 3000 м можно ожидать в среднем течении р. Камы.

Нижнепалеозойский литолого-стратиграфический комплекс представлен главным образом чередованием буроватых и зеленовато-серых глин, песчаников, алевролитов и аргиллитов. В верхней части разреза имеются карбонатные породы. Мощность нижнепалеозойских пород в Вятско-Камской впадине возрастает до 1500 м. Среди этих пород имеются песчаные разности, обладающие хорошими коллекторскими свойствами, с которыми связаны в восточных районах признаки нефти. Наличие глинистых разделов даст основание связывать с песчаниками перспективы обнаружения залежей нефти и газа главным образом в Вятско-Камской впадине.

Девонские отложения имеют неодинаковый состав в пределах бассейна. В восточных районах отчетливо выделяются два литолого-стратиграфических комплекса. Нижний терригенный, относящийся к живетскому и низам франского ярусов, представлен переслаиванием песчаных пород, глин и алевролитов. Эти отложения характеризуются региональной нефтегазоносностыо и содержат залежи нефти в Пермском Приуралье. Они могут рассматриваться в качестве сингенетично нефтегазоносных толщ. Нефтеносность этих отложений зависит от наличия ловушек, связанных с песчано-алевролитовыми природными резервуарами. В Краснокамском, Северокамском и Полазнинском месторождениях с ними связаны главным образом литологически ограниченные и пластовые сводовые залежи. В месторождениях Таныпском, Бырнинском, Гожанском известны сводовые, частично литологически ограниченные залежи нефти.

Верхний литолого-стратиграфический комплекс, относящийся к верхам франского и фаменского ярусам, имеет карбонатный состав с преобладанием доломитов.

Каменноугольные литолого-стратиграфические комплексы имеют на всей территории преимущественно карбонатный состав. Только в визейском ярусе нижнего карбона, в башкирском и в нижней части намюрского ярусов среднего карбона имеются терригенные пачки, состоящие из песчаников и темноцветных глин. Среди каменноугольных отложений выделяются три регионально нефтегазоносных толщи: турнейская, нижневизейская и каширо-намюрская, В турнейской нефтегазоносной толще залежи нефти и нефтегазопроявления связаны с известняками, покрываемыми аргиллитами угленосной свиты визейского яруса. С этой эпигенетично нефтегазоносной толщей связаны массивные залежи нефти и газа.

Нгокневизейская толща, представленная переслаиванием песчаников, алевролитов и аргиллитов общей мощностью 75—100 м, может рассматриваться в качестве сингенетично нефтегазоносной. Она содержит от одного до трех нефтяных пластов и является основной продуктивной толщей во всех месторождениях Пермского Приуралья. В каширско-намюрской толще, состоящей из чередования известняков и аргиллитов, нефтегазоносными являются пласты известняка, содержащие пластовые залежи. Эта толща может рассматриваться в качестве сингенетично нефтегазоносной.

Пермские отложения представлены двумя литолого-стратиграфическими комплексами. Нижний карбонатный комплекс состоит из ангидритов, известняков и каменной соли. С Сакмарскими рифовыми известняками этого комплекса связана массивная залежь нефти в Шумовском месторождении с дебитом 5 т/сутки. Верхний терригенный комплекс верхнепермского возраста — красноцветный — выражен глинами, большей частью загипсованными песчаниками с пачками известняков и доломитов. Мощность пермских отложений в центральной части бассейна порядка 1000 м.

Мезозойские литолого-стратиграфические комплексы пород представлены преимущественно красноцветными песчаниками и глинами общей мощностью 500 м.

По особенностям строения и условиям нефтегазоносности в Мезенско-Камском бассейне можно выделить области Предтиманскую, Вятско-Камскую и Уфимского свода.

Предтиманекая область располагается в северо-восточной части Мезенско-Камского бассейна и представляет собой крупный асимметричный прогиб северо-западного простирания с крутым северо-восточным бортом, являющимся юго-западным склоном Тиманского поднятия. Наиболее глубокая часть прогиба протягивается узкой полосой вдоль Тиманского кряжа и связана с его возникновением. В пределах Предтиманской области имеются многочисленные локальные поднятия, которые в большинстве своем группируются в линейно вытянутые зоны или группы.

Характерно, что у большинства зон и отдельных поднятий простирание северо-западное, совпадающее с общим простиранием Тиманского кряжа. В Предтиманской области промышленные залежи нефти неизвестны. Имеют место нефтепроявления в юго-западном Притиманье, которые фиксируются в виде слабой пропитанности нефтью пород среднего и верхнего карбона, а также перми. Можно предполагать, что литолого-стратиграфические комплексы палеозоя, развитые в этой области, аналогичны соответствующим комплексам Пермского Приуралья и Тимано-Печорского бассейна, где в них содержатся залежи нефти. В связи с этим следует рассчитывать, что и в Предтиманской области с отложениями палеозоя связаны залежи нефти и газа. Зоны нефтегазонакопления могут быть приурочены к группам поднятий, развитым по бортам прогиба. He исключено наличие нефтяных залежей и на склонах погребенных гряд Тиманекого кряжа, в зонах выклинивания сингенетично нефтегазоносных литолого-стратиграфических комплексов.

Вятско-Камская область расположена в западной части бассейна, между Котельническим выступом фундамента, Татарским и Уфимским сводами и представляет собой крупную платформенную впадину с общей тенденцией погружения фундамента с запада на восток. Располагаясь к западу от нефтегазоносной области Уфимского свода, Вятско-Камская область является весьма перспективной для поисков залежей нефти и газа. Здесь, помимо Вятской зоны, несомненно, будут выявлены и другие зоны поднятий. Перспективы поисков нефти и газа следует в первую очередь связывать с литолого-стратиграфическими комплексами девона, у которых коллекторские свойства песчаных пластов улучшаются в северо-западном направлении от известных зон нефтегазонакопления Пермского Приуралья в сторону Вятской зоны поднятий. Перспективны также литолого-стратиграфические комплексы нижнего палеозоя.

Область Уфимского свода расположена в юго-западной части бассейна и включает Уфимский свод, Чермозско-Бабкинскую и Бирскую седловины. С этой областью связаны все известные зоны нефтегазонакопления и месторождения нефти и газа Мезенско-Камского бассейна, которые приурочены к крупным пологим валам — Васильевскому, Краснокамско-Полазненскому, Лобановскому, Кудинскому и Андреевскому.

Нефтяные залежи содержатся в песчано-алевролитовых и карбонатных резервуарах в девоне и карбоне.

В Шумовском месторождении имеются залежи в нижней перми. Дальнейшие перспективы поисков нефти и газа связываются также с литологостратиграфическими комплексами нижнего палеозоя.

Удельное электрическое сопротивление бурового раствора необходимо знать для того, чтобы правильно интерпретировать результаты электрокаротажа. Его нужно знать также для определения места притока подземных вод при гидрогеологических изысканиях и других целей.
Удельное сопротивление бурового раствора определяют при помощи скважинных и поверхностных резистивиметров. Скважинный резистивиметр измеряет сопротивление бурового раствора непрерывно при движении по скважине. Поверхностным резистивиметром можно определять удельное сопротивление отдельных проб бурового раствора.

Одним из простейших и наиболее распространенных поверхностных резистивиметров является Грозненский резистивиметр, показанный на рис. 113. Он состоит из эбонитовой коробки с электродами А, В, M, N. На стенках коробки сделаны выводные клеммы электродов А, В, М, N, а также клеммы шунта, последовательно включенного в питающую цепь резистивиметра.
В корпус резистивиметра наливают буровой раствор, собирают схему, показанную на рис. 113. Через электроды А и В пускают ток и измеряют разности потенциалов на электродах M и N (ΔUMN) и на шунте (ΔUш).
Удельное сопротивление бурового раствора определяют по формуле

где k — коэффициент резистивиметра.
Для определения коэффициента резистивиметра в прибор наливают жидкость с известным удельным сопротивлением (обычно воду с известной концентрацией поваренной соли и определенной температурой), проводят измерения, аналогичные указанным выше, и вычисляют коэффициент k по формуле

где ρэт — удельное сопротивление эталонной жидкости в резистивиметре.

За пределами Евразии наиболее значительной россыпной полиминеральной мегапровинцией, сеязанной с древними орогенно-складчатыми поясами, является Восточно-Австралийская, заключающая крупнейшие золотоносные россыпи шт. Виктория (район Балларат-Бендиго), оловоносные россыпи Кейп-Йорка, Нью-Ингленда, Тасмании, алмазоносные россыпи шт. Новый Южный Уэльс, а также россыпи ювелирного сапфира в связи с молодыми щелочными базальтами и некоторые другие минеральные типы россыпных проявлений. В целом россыпной профиль этой мегапровинции может быть определен как Au, Sn, алмазы, ЮПК. К этому следует добавить богатейшую россыпную минерализацию в виде комплексных прибрежно-морских россыпей тяжелых минералов (или титано-циркониевых россыпей), образующих примыкающую зону протяженностью более 1300 км, простирающуюся практически вдоль всего восточного побережья Австралии от м. Кейп на севере и включая шт. Новый Южный Уэльс (НЮУ) на юге. По отношению к этой шельфовой провинции орогенно-складчатые сооружения Восточной Австралии служат областью сноса.

В структурном отношении мегапровинция совпадает с Тасманским орогенно-складчатым поясом палеозойско-раннемезойского возраста, занимающим восточную часть континента от п-ова Йорк на севере до о-ва Тасмания включительно на юге. Фрагментом этого пояса является также обособившаяся в мезозое Новая Зеландия (Новозеландская россыпная провинция). Граница пояса с Австралийским кратоном на значительном протяжении скрыта под молодым платформенном чехлом. На крайнем юго-западе в бассейне нижнего течения р, Муррей пояс граничит с выступом платформы и древним складчатым поясом Аделаида, вмещающим месторождение Брокен-Хилл. Юго-западная часть пояса, выделяемая под названием Лахланской, сложена породами кембрийского-девонского возраста, в состав которых входят кембрийские офиолиты, раннесилурийские метаморфические породы и силур-девонские турбидиты, глинистые сланцы, вулканогенно-обломочные образования, прорванные силурийско-девонскими гранитами (395-360 Ma). Кайнозойские вулканогенные образования представлены щелочными базальтами трех генераций: палеоцен-раннеэоценовыми, олигоцен-раннемиоценовыми и плиоценовыми.

Осевая часть пояса выражена в рельефе Большим Водораздельным горным хребтом (Great Dividing Range) с отметками от 1000-1500 м, максимальными — до 1600-2228 м (г. Костюшко) на южном его фланге, где сохранился альпийский рельеф, и сопряженными с ним участками низкогорья (район Кобар), денудационными плато (Балларат-Бендиго) и базальтовыми вулканическими плато.

Крупнейшим и самым знаменитым россыпным районом рассматриваемой мегапровинции является золотоносный район Балларат-Бендиго в шт. Виктория, открытие и начало освоения россыпей которого а 1851 г. стимулировала первую в новейшей истории «золотую лихорадку». Золоторудные и золотороссыпные месторождения района, занимающего площадь более 400 тыс. км2, сосредоточены в основном в Балларатской зоне субмеридионального простирания, в меньшей мере, прилегающих Стауэллской, Мельбурнской зонах и зоне Таббераббера (рис. 4.25). Золоторудные месторождения представлены в основном мезотермальными кварцевыми жилами и жильными сериями, т.н. «рифами», и минерализованными зонами, локализованными как в зоне эндоконтакта гранитов, так и во вмещающих породах. Основная масса их сосредоточена в зоне, ограниченной с востока разломом Кьева, а на западе разломом Мойстон. Большинство рудных полей района ассоциируют с полями развития сопровождающих граниты даек от фельзитового до ультрабазитового состава. В их числе около 8 крупных (более 30 т золота) рудных полей, в том числе Кэстлмайн (извлечено 132 т Au), Стауэлл (более 100 т), Мэлдон (из коренных руд извлечено 46 т Au) и рудное поле-гигант Бендиго протяженностью до 8 км при ширине 3 км (697 т).

Район занимает пограничное положение между двумя осадочными бассейнами р. Муррея (Марри-Бейсин) на севере и Отуэй-Бэйсин на юге, а геоморфологически область междуречья левых притоков р. Муррея, дренирующими его северные склоны, и прибрежной равниной, обращенной к проливу Басса. Он представляет собой волнистое денудационное плато с отметками от 200 до 600-100 м с возвышающимися отдельными массивами гранитов (например, массив Pilot Batholit на границе с бассейном Муррея), частично бронированное покровами кайнозойских базальтов, а на юге переходящее в приподнятую морскую равнину, сложенную осадками плиоценового возраста.

Большинство россыпей района обнаруживают тесную связь с участками первичной минерализации, начинаясь непосредственно от рудных зон в виде элювиально-склоновых и склоново-аллювиальных россыпей и продолжаясь в долинах 2-4-го порядка. Наиболее протяженные и богатые россыпи приурочены к долинам субмеридионального простирания, совпадающими с жильными полями и сериями той же ориентировки, как это имеет место в районе Балларат, в то время как россыпи в субширотных долинах/палеодолинах быстро теряют свою продуктивность с удалением от коренного источника, что характерно для района Бендиго. Помимо своей высокой продуктивности, район знаменит тем, что богатейшие россыпные залежи находятся погребенном состоянии (deep leads), будучи перекрыты базальтами, а на южном фланге района — также и плиоценовыми морскими отложениями (россыпи Misery Point Chinese village).

Из россыпей крупнейших рудно-россыпных полей Балларат, Бендиго, Кэстлмайн и Крэсуик было добыто соответственно около 343, 157, 146 и более 81 т золота, в то время как продуктивность россыпных полей меньшего масштаба (Питфилд и Арарат) составляет соответственно 10-19 т. Как следует из таблицы 4.5, из крупнейших рудно-россыпных полей района только в полях Бендиго, Стауэлл, Малдон добыча золота из коренных месторождений существенно превысила добычу из россыпей, при том, что общее количество учтенного (добытого) золота из россыпей превысило аналогичный показатель по коренным месторождениям более чем в 1,6 раз. Богатейшие индивидуальные россыпи и россыпные поля дали более 300 т золота, причем район в целом характеризуется весьма высоким выходом самородков (см. рис. 4.25Б), которые до сих пор продолжают извлекаться из отвалов.

Формирование золотоносных россыпей района происходило в меняющихся тектонических и климатических условиях мезозоя-кайнозоя.

Основные этапы формирования рельефа территории и россыпей увязываются с событиями его мезо-кайнозойской истории (рис. 4.26):

— рифтогенезом и раскрытием пролива Басса на рубеже юры-мела, а затем Тасманского моря а позднем мелу;

— длительной планацией рельефа, прерываемой относительно кратковременными этапами воздымания, усиления эрозии и формированием долин нескольких генераций;

— несколькими вспышками платформенного базальтового вулканизма, из которых более молодые (на рубеже олигоцена-миоцена и, особенно, плиоцен-раннечетвертичная) вызвали погребение более древних россыпей;

— господством установившегося, по крайней мере, с конца мела латеритного выветривания с характерными для него процессами образования суперген нога золота.

К этому следует добавить также активизацию субмеридиональных рудоконтролирующих древних разломов и разломов ЗСЗ, заложившихся в ходе мезозойского рифтогенеза.

Перечисленные события в разной степени повлияли на формирование, размещение и сохранность россыпей шт. Виктория. Например, «позднее» раскрытие Тасманского моря означало, что вплоть до позднего мела основные долинные системы имели северное и северо-западное направление, а система р. Муррея начала формироваться лишь в палеоцене и именно в это время заложился главный субширотный водораздел (Great Dividing Range), отделивший палеореки системы Муррея, ориентированные в целом на север, от палеорек бассейна Отуэй на юге (рис, 4.27а). В палеоцене в условиях начавшегося расчленения мезозойского пенеплена была сформирована первая генерация золотоносных россыпей — палеороссыпи, связанные с т.н. «галечниками Белых Холмов» (White Hills Gravels — WHG).

В пределах района отчетливо различаются три генерации золотоносных палеодолин, причем в пределах крупнейших россыпных полей, как правило, присутствуют все три генерации, обуславливая переотложение золота из более древнего аллювия в более молодой. Такая картина характерна, в частности, для россыпного поля Балларат и, как видно из рис. 4.27а, для долин россыпного поля Кэстлмайн, где наблюдается отчетливая унаследованность современных долин по отношению в палеодолинам более ранних генераций. Б.Салгеу и М.Hughes подчеркивают, что главными признаками, отличающими разновозрастные генерации золотоносного аллювия являются: а) позиция в рельефе; б) присутствие (или отсутствие) кирасы (duricrusts, ferricrete) и зон прокрашивания/отбеливания; в) соотношение с другими генерациями аллювия и базальтовыми покровами.

Древнейшая генерация золотоносного аллювия — WHG (поздний мел-эоцен), в составе которого преобладают кварцевые конгломераты и в меньшей степени песчаники и алевриты, — в целом занимает наиболее высокий гипсометрический уровень по сравнению с другими и отличается наибольшей степенью наложенного латеритного выветривания с образованием мощных кирас, которые в значительной степени обусловили условия отработки россыпей (рис. 4,28а). Это свойство WHG нашло отражение в названии некоторых из связанных с ней россыпей (Hard Hilt, Red Hill leads). Палеороссыпи WHG, в свою очередь, подразделяются на две субгенерации, из которых более древняя в большей степени литифицирована. Хотя WHG как будто присущ «площадной» характер залегания, обусловленный формированием в условиях пенеплена, а также плохую сохранность, его распространение, как и аллювия более поздних генераций, в целом контролируется системой палеодолин субмеридионального направления (см. рис. 4.27б).

Вторая генерация палеороссыпей, имеющая олигоцен-миоценовый возраст, связана с формацией Логан Ривер Групп (LRG) (см. рис. 4.26), залегает в пределах палеодолин, многие из которых оказались впоследствии перекрытыми молодыми базальтами, возраст которых определяется как 6.07±0.11 млн. лет (т.е. поздний миоцен). Из рис. 4.29, иллюстрирующего положение »подбазальтового» золотоносного аллювия в окрестностях г. Балларат, видно, что палеодолины располагаются вдоль субмеридионально ориентированных золотоносных жильных зон, что обеспечивает подпитку россыпей на значительном расстоянии. Золотоносные галечники LRG образуют базальный горизонт серии и перекрываются толщей озерноаллювиальных глин, песков и лигнитов (рис. 4,30).

Третья генерация россыпей связана с «современным» аллювием плиоцен-четвертичных долин. Эти россыпи, отработанные в первую очередь, характеризуются близповерхностным залеганием, отсутствием существенной литификации и присутствием окатанных обломков кирасы, переотложенных из WHG; вторичные изменения этого аллювия заключаются в присутствии кластов пизолитов. На рис. 4,30 показана принципиальная схема соотношения трех генераций золотоносного аллювия и применяемые схемы их отработки, в частности для погребенных «подбазальтовых» россыпей LRG — с помощью шахт (см. рис. 4.28б).

Характеризуя золотоносные россыпи шт. Виктория, нельзя не упомянуть важнейший аспект их формирования, связанный с влиянием наложенной латеритизации и формированием супергенного золота, в конечном итоге приводящим к формированию самородков, широкое распространение которых в первичных россыпях и в техногенных отвалах составляет отличительную черту описываемой территории. Как следует из рис. 4.26, в посторогенной истории региона выделяются три эпохи латеритизации, из которых две кайнозойские эпохи (реголиты Norval и Karoonga) или совпадали по времени с эпохами россыпеобразования, или имели по отношению к ним наложенный характер. В реголитах обеих эпох установлены следы мощной миграции золота с образованием его вторичных концентраций на геохимических барьерах, укрупнением золотин вплоть до образования самородков. У. Hughes et al. отмечают 5-6-кратное увеличение содержания золота в феррикретах по сравнению с незатронутыми выветриванием частями жил, а также присутствие новообразованного золота в кирасе, развитой на WHG, и в целом отводят супергенному золоту важнейшую роль в формировании богатых россыпных месторождений. В свете этого встает вопрос об еще неисчерпанных запасах металла, как в техногенных россыпях, так и в ранее «отработанных» россыпях, верхние литифицированные горизонты которых (рис. 4.28а) фактически представляют собой целики.

Завершая характеристику крупнейшего россыпного района Восточной Виктории, следует добавить, что часть его россыпей является комплексными оловянно-золотоносными. Примером такой комплексной россыпи может служить месторождение Бичворт-Эльдорадо (россыпное поле Чилтерн), из которого было добыто около 10 т золота и около 9000 т касситерита. Кроме того, из россыпи были попутно добыты 77 зерен алмазов общей массой 8.2 кар, которым сопутствовали рубин, сапфир, циркон (данные М. Hughes).

Восточно-Австралийской россыпной провинции присущ также свойственный герцинским складчатым поясам оловянный профиль россыпной минерализации. В ее пределах расположены наиболее значительные оловянные россыпи Австралии, служившие главными объектами разработки вплоть до середины прошлого века. Они сосредоточены в пределах трех пространственно разобщенных районов: на крайнем севере в оловоносном районе Кейп-Йорк (в поле м-ний Стансорн, Куктаун и др.), в центральном секторе Тасманского пояса (оловоносный район Нью-Ингленд, НЮУ, в поле м-ний Торрингтон, Ардлетон и др.) и на южном фланге пояса, на о-ве Тасмания. Оловорудная россыпеобразующая минерализация связана с палеозойскими гранитами, верхний возрастной рубеж которых оценивается как нижнепермский, а для гранитов наиболее поздней фазы, сопровождавшейся излияниями кислых лав, — как нижнетриасовый. Оруденение представлено разными генетическими типами (от касситерит-кварцевой формации (грейзенов и минерализованных гранитов) до наиболее низкотемпературных фаций касситерит-сульфидной формации (оловоносные хлоритовые жилы с адуляром)), иногда телескопированными в пределах единых рудных полей, как это имеет место в поле Торрингтон (НЮУ) или Стансорн (Квисленд). Вдоль оси пояса наблюдаются определенные отличия в преобладании того или иного типа россыпеобразующего оруденения. На крайнем севере доминирующее значение имеет касситерит-сульфидная формация, хотя ведущее россыпеобразующее значение сохраняют касситерит-кварцевые и касситерит-силикатные руды; в центральной части пояса и на юге шт. Виктория -касситерит-кварцевая и касситерит-силикатная формация, на о-ве Тасмания -касситерит-сульфидная, к которой присоединяются оловоносные граниты.

Оловоносные россыпи, преимущественно аллювиального генезиса, долгое время служившие основными объектами отработки, все же были незначительны по своим масштабам и не отличались высокими содержаниями касситерита. Например, достоверные запасы наиболее значительного россыпного месторождения Маунт Гарнет оценивались в 17 тыс.т олова при содержании касситерита около 230 г/м3, что соответствует средним по масштабу россыпям олова. Касситерит присутствует также в оловоносных (шт. Виктория) (см. выше) и в комплексных титано-циркониевых (шт. Квисленд и НЮУ) россыпях, из которых он добывался в небольших количествах как попутный компонент.

Важным элементом россыпной мегапровинции Восточной Австралии являются также россыпи алмазов, промышленный ареал которых (единственный в Австралии) располагается в относительно пониженной (около 600 м) части Главного Водораздельного хребта в шт. НЮУ. Первоисточниками алмазоносных россыпей считаются «нетрадиционные» щелочные базальтоиды и ультраосновные породы (лампрофиры, мелилититы и мончикиты), однако проблема поисков коренных источников россыпей не снята с повестки дня. Другая отличительная особенность россыпей состоит в том, что значительная часть их представлена глубокими погребенными россыпями, т.н. глубокими пластами (deep leads), перекрытыми третичными (олигоцен-раннемиоценовыми и плиоценовыми) щелочными базальтами, что сближает условия их залегания с залеганием золотоносных россыпей шт. Виктория. Частичный размыв глубоких пластов привел к переотложению алмазов в россыпи современных долин. Алмазы в аллювии распространены на значительной площади, однако промышленные их концентрации в погребенных и современных россыпях сосредоточены только на 4-х площадях: Галгонг, Уэллинтон, Бингара и Копетон.

Глубокие пласты алмазоносных россыпей представляют собой лентовидные аллювиальные залежи с содержанием алмазов на пласт 0.85 кар/т при среднем размере камней 0.3 кар (до 8 кар) — в россыпях прииска Копетон-Маунт-Росс. При этом считается, что от последующего размыва сохранилось как минимум две трети глубоких пластов. В период с 1854 по 1922 гг. из россыпей этой площади было добыто более 330 тыс. кар алмазов, а ресурсы площади в целом оцениваются в 100 млн. т алмазоносного гравия при содержании 0.85 кар/т, однако из-за сложности эксплуатации, определяемой, прежде всего, значительной (до 60 м) мощностью базальтов и невысокого качества алмазов, отработка глубоких пластов в 1970-е годы была признана нерентабельной. Впоследствии в современном аллювии россыпи Лаки Стрик были найдены более 200 ювелирных алмазов, а в россыпи Копетон Дам еще 15, однако из-за низких содержаний алмазов обе россыпи были признаны непромышленными.

Рассмотренные щелочные базальты, образовавшихся на этапе кайнозойской тектоно-магматической активизации герцинид, не только определяют условия залегания и эксплуатации древних россыпей мегапровинции. Они выступают также в качестве важнейшего россыпеобразующего источника уникальных сапфировых россыпей, дававших в 80-х годах прошлого века до 75% мирового экспорта сапфиров. Выделяются два наиболее крупных россыпных сапфироносных района, один на севере шт. Квинсленд, другой на северо-востоке шт. Новый Южный Уэльс (НЮУ). Сапфироносные россыпи ассоциируют как с домиоценовыми (19-24 млн. лет), так и с плиоценовыми толеитовыми базальтами и базанитами, излияния которых сменялись эпохами корообразования и латеритизации в миоцене и в позднем плиоцене. Продуктивность базальтов раннепалеогенового возраста (45-59 Ma) не ясна. Высказывается также точка зрения, что источниками сапфира могли быть и более древние магматические и метаморфические породы; например, в поле Тумбарумба в базальтовой провинции Снежных гор таковыми могли быть офиолитовые серпентиниты девонского возраста, а в поле Галгонг на востоке штата — фонолиты магматической свиты Барринтон.

Совмещение сапфироносных базальтов с полями добазальтовых алмазоносных россыпей (например, в поле Галгонг) позволяет говорить о комплексном характере россыпной минерализации этих районов. Кроме того, двух(трех)этапный характер проявления продуктивного вулканизма привел к тому, что миоценовый сапфироносный аллювий оказался погребенным под покровами молодых плиоценовых базальтов, т.е он залегает в тех же условиях, что и глубокие пласты золотоносных и алмазоносных россыпей.

Две генерации сапфироносных россыпей типичны как для большинства россыпных полей НЮУ, так и шт. Кинсленд. В районе г. Анака (месторождения Рубинвейл, Сапфиртаун, Ретрик-Крик и др.) россыпи погребенной долинной сети (sub-basaltic leads) представляют собой залегающие на глубине до 18 м и более лентовидные залежи протяженностью несколько километров и мощностью до нескольких метров. Плотиком россыпей служат палеозойские граниты или глинистые сланцы, а продуктивный горизонт представлен валунно-гравийно-галечно-глинистыми образованиями, в которых сапфир ассоциирует с галькой базальтов, кремнистыми стяжениями из коры выветривания («билли») и полуокатанными кристаллами плеонаста, циркона, граната, аметиста, причем наиболее высокие содержания сапфира наблюдаются в глубоких промоинах плотика.

Самые крупные четвертичные сапфировые россыпи связаны с современным аллювием рек Фрейзер-Крик, Редстоун-Крик и Мери-Анн-Крик, дренирующими крупное (более 4000 км2) поле миоценовых щелочных базальтов, содержащих фенокристаллы оливина, плеонаста, сапфира, магнетита, диопсида. Средняя мощность сапфироносного горизонта, имеющего форму линзообразных вытянутых тел, обычно в приплотиковой части разреза аллювия, и сложенного гравийно-глинистым материалом, составляет 1.2-1.8 м. Сапфир различных сортов и окраски вместе с сопутствующими ему шпинелью, цирконом, ильменитом группируется в мелкогалечном-крупногравийном классе; он представлен полоукатанными кристаллами, в составе которых только около 20% приходится на высококачественное сырье.

Для полноты характеристики континентальной части Восточно-Австралийской мегапровинции следует напомнить, что вдоль восточного ее фланга располагается крупнейшая шельфовая провинций комплексных титано-циркониевых россыпей, для которых Тасманский орогенно-складчатый пояс выступает в качестве области питания, поставляющей тяжелые минералы в прибрежную зону шельфа. В качестве главных первоисточников этих россыпей выступают пермские граниты, а промежуточных коллекторов — терригенные породы верхнепермского, триасового и особенно юрского возраста (серия Кларенс). Предполагается, что часть рудных минералов поступала также из докембрийских пород, ордовикско-силурийских граувакков и молодых базальтов.

Необходимостью, а не прихотью сегодня становятся сделанные по индивидуальным проектам гарнитуры для кухни. Минимум три причины приводят люди, которые принимают решение приобрести на https://gi.by кухни на заказ, а не купить уже готовую мебель. Покупка стандартных вариантов, например, может оказаться невозможной, если помещение кухни имеет нестандартную планировку. Кроме того, может потребоваться приобрести максимально соответствующий запросам владельцев комплект мебели или же обеспечить в интерьере всей квартиры какой-то определенный единый стиль.

Указанные выше проблемы легко решаются при обращении в специализированные организации, которые делают мебель на заказ. Во всех смыслах такие гарнитуры оказываются идеальными. Они в точности соответствуют пожеланиям хозяйки по их наполнению, размеру и внешнему виду. Все характеристики определяются заранее, выбирается фурнитура, вариант конструкции, стилистика и материал изготовления.

В любом жилье именно кухня считается одним из самых важных помещений. Вечером и утром там порой собирается вся семья, чтобы отдохнуть после работы или подготовиться к новому дню, принять пищу, обменяться новостями и зарядится энергией. Всем членам семьи должно быть комфортно на кухне, а не только хозяйке, которая готовит еду.

Полностью отвечающий потребностям стандартный комплект мебели для кухни найти в продаже уже готовым вряд ли получится. Именно по этой причине заказ является единственным вариантом. Именно он помогает найти выход если:

• дизайн мебели должен быть уникальным;
• хочется реализовать собственный проект;
• качество уже готовых кухонь не устраивает;
• не удается найти в магазинах нужный вариант;
• помещение имеет нестандартные элементы, например, выступы, ниши и тому подобное;
• кухня имеет очень маленькие размеры.

Практичность – первое, на что стоит обратить внимание, планируя заказ кухни. В комнате именно кухонный гарнитур будет в дальнейшем самым удачным и ярким акцентом, всему остальному наполнению он должен соответствовать. Параметры мебели должны быть удобными в использовании. Соответственно размерам помещения нужно подобрать такие высоту, ширину и глубину, чтобы было комфортно пользоваться кухней, можно было хранить в мебели все необходимые для приготовления и употребления пищи продукты и вещи.

Множество факторов оказывает влияние на стоимость кухни на заказ. Стоимость, например, растет вместе с возрастанием сложности конструкции. Но при этом весьма сомнительно, что самые простые варианты будут иметь нужную функциональность.

Одна из наиболее важных задач современной науки о металлах — создание и совершенствование легких и сверхлегких сплавов, применение которых позволит снизить вес конструкции, особенно в ракетостроении, космонавтике и авиации.

Магниево-литиевые сплавы являются самым легким металлическим конструкционным материалом. Промышленные магниево-литиевые сплавы имеют удельный вес на 10—20 % меньше, чем у обычных магниевых, и на 30 % меньше, чем у бериллиевых сплавов. Магниево-литиевые сплавы в 2 раза легче алюминиевых. Их удельный вес такой же, как у наиболее легких пластмасс, при значительно большей прочности и жесткости.

Основные преимущества магниево-литиевых сплавов следующие.

Низкий удельный вес — 1,3—1,6 г/см3.

Высокий модуль упругости — 4500—5000 кг/мм2, т. е. высокая удельная жесткость, большая, чем у большинства стандартных магниевых сплавов (для сравнения у сплавов МА8 и МА2-1 модуль упругости равен 4100— 4300 кг/мм2).

Повышенный предел текучести при сжатии — в 1,5—3 раза выше, чем у обычных магниевых сплавов.

Хорошая технологичность при обработке давлением и высокие пластические характеристики у большинства магниево-литиевых сплавов.

Высокая удельная теплоемкость — в 1,3 раза выше, чем у магниевых сплавов, что составляет 80% от теплоемкости бериллиевых сплавов.

Хорошие криогенные свойства и отсутствие охрупчивания при низких температурах.

Высокое демпфирующие характеристики (например, у сплава ВМД5 в 4 раза выше, чем у МА2-1).

Высокий модуль упругости при сжатии.

Высокое сопротивление изгибу и некоторые другие специальные свойства, которые могут быть использованы в ряде конструкций.

Магниево-литиевые сплавы принято в соответствии с двойной диаграммой состояния системы магний — литий делить на три группы.

I группа (до 5,7% лития) — сплавы на основе a-фазы (а — твердый раствор лития в магнии с гексагональной решеткой). Удельный вес а-сплавов на 5—10% меньше удельного веса обычных магниевых сплавов. Механические свойства этих сплавов находятся на уровне свойств стандартных деформируемых магниевых сплавов.

II группа (5,7—10,3% лития) — сплавы, состоящие из смеси а+в-фаз). При увеличении содержания лития наблюдается тенденция к значительному повышению пластичности при заметном снижении прочности.

III группа (более 10,3% лития) — наиболее легкие магниево-литиевые сплавы, основой которых является твердый раствор магния в литии с ОЦК-решеткой Эта группа сплавов с пониженной прочностью и высокой пластичностью.

Так как литий и магний достаточно близки по своим атомным размерам, а также благодаря диагональному эффекту и близости электрохимических свойств магний и литий хорошо растворяются друг в друге. Однако в связи с тем, что при этом не наблюдается значительного искажения кристаллической решетки и литий, имея достаточно высокий коэффициент диффузии, способствует понижению сил межатомной связи и повышает самодиффузию атомов основы сплавов, двойные магниево-литиевые сплавы имеют низкую прочность и сопротивление ползучести в сочетании с высокой пластичностью и вязкостью. Поэтому двойные сплавы па основе системы магний-литий должны быть дополнительно легированы.

Легирование магниево-литиевых сплавов третьим компонентом показало, что наиболее эффективно повышают их прочностные характеристики алюминий, цинк, серебро и кадмий, т. е. элементы, которые обладают достаточно большой растворимостью в а- и в-фазе. Все остальные элементы оказывают незначительное влияние на прочностные свойства магниево-литиевых сплавов. Легирование алюминием, цинком, кадмием или серебром (в сумме или по отдельности) в количестве 10—20% позволяет получить высокопрочные сплавы с пределом прочности 35—45 кгс/мм2. Однако высокие прочностные свойства магниево-литиевых сплавов не стабильны и после вылеживания при комнатной или слегка повышенных температурах значительно (на 40—60%) уменьшаются. Термическая нестабильность высокопрочных магниево литиевых сплавов — один из главных недостатков, препятствующих их внедрению в промышленность. Говоря о влиянии легирования на свойства магниево-литиевых сплавов, необходимо отметить вредное влияние натрия и калия. Содержание натрия и калия в сплавах должно быть ограничено 0,01—0,005%, а в некоторых случаях даже менее. В настоящее время для приготовления магниево-литиевых сплавов используется магний и металлический литий с содержанием натрия и калия не более 0,005%, так что в сплавах содержание этих примесей обычно находится в пределах 0,002—0,004%.

Всестороннее исследование наиболее интересных композиций отечественных и американских сплавов показало (табл. 1), что оптимальным сочетанием физико-механических, технологических и коррозионных свойств обладают два отечественных сплава: ИМВ2 (МА21) и ВМД5 (МА18). В табл. 2 приведен состав сплавов ИМВ2 и ВМД5. В табл. 3 для сравнения приведены удельный вес и некоторые механические свойства магниеволитиевых и стандартных магниевых сплавов. Как видно из таблицы, сплавы ИМВ2 и ВМД5 по величине предела текучести при сжатии в 2—3 раза превосходят широко распространенные стандартные магниевые сплавы МА8 и МА2-1.

Предел текучести при растяжении сплава ИМВ2 близок к пределу текучести сплава МА2-1, предел текучести сплава ВМД5 близок к значениям предела текучести сплава МА8. Как было сказано выше, модуль упругости магниево-литиевых сплавов заметно выше модуля упругости стандартных магниевых сплавов. Особенно очевидны преимущества магниеволитиевых сплавов перед стандартными магниевыми сплавами при определении удельной прочности и жесткости, т. к. удельный вес сплавов ВМД5 и ИМВ2 соответственно на 20 и 12% меньше удельного веса стандартных сплавов.

У деформированных полуфабрикатов, изготовленных из сплавов ВМД5 и ИМВ2, наблюдается очень незначительная (от 5 до 15%) анизотропия механических свойств, в то время как у большинства стандартных магниевых сплавов она может достигать 20—30% и более.

Введение лития в магниевые сплавы заметно меняет и физические свойства: с повышением содержания лития в сплавах растет коэффициент линейного расширения, резко падает теплопроводность и увеличивается удельная теплоемкость.

Общая коррозионная стойкость сплавов ВМД5 и ИМВ2 является удовлетворительной, в частности, коррозионная стойкость сплава ИМВ2 близка к коррозионной стойкости стандартного магниевого сплава МА2-1.

Магниево-литиевые сплавы обладают хорошей свариваемостью. Прочность сварных соединений и металла шва составляет 90—100% от прочности основного металла. Указанные сплавы обладают высокой сопротивляемостью образованию горячих трещин при сварке и мало склонны к образованию водородной пористости.

Из сплавов ИМВ2 и ВМД5 можно изготавливать практически все виды деформированных полуфабрикатов. Деформированные полуфабрикаты из сплава BMД5 поставляют заказчикам в состоянии T1, т. е. после стабилизирующего отжига; из сплава ИМВ2 — в исходном состоянии.

Сплав ВМД5 (МА18) является сверхлегким конструкционным металлическим материалом с высокой пластичностью и высокой технологичностью при обработке давлением, в том числе при комнатной температуре. Его рекомендуется применять для малонагруженных конструкций, работающих при нормальных и криогенных температурах.

Сплав ИМВ2 (МА21) обладает оптимальным сочетанием физико-механических свойств,коррозионной стойкости и свариваемости и предназначен для применения в средненагруженных конструкциях, работающих при температурах до 100° С и криогенных.

Сплавы ИМВ2 и ВМД5 рекомендуется применять также в изделиях, где требуется высокая удельная жесткость и повышенное сопротивление сжимающим нагрузкам.

Исследование влияния химического состава в пределах OCTa (ТУ) на структуру и свойства слитков и полуфабрикатов сплавов ИМВ2 и ВМД5 показало, что с целью обеспечения оптимальных технологических, механических и конструктивных свойств химический состав сплава ИМВ2 по основным легирующим добавкам необходимо ограничить на среднем уровне в пределах существующих технических условий.

Вариации химического состава ВМД5 в пределах OCTa незначительно сказываются на механических свойствах, что можно объяснить узким интервалом изменения упрочняющих легирующих элементов в сплаве.

Исследование конструктивной прочности (K1C) и усталостных свойств сплава ИМВ2 показало, что конструктивная прочность (надежность) сплава находится на уровне высокопрочного магниевого сплава ВМДЗ (МА15). Исследование конструктивной прочности проводилось совместно с В.Г. Кудряшовым.

Усталостная прочность образцов без надреза сплава ИМВ2, исследованная совместно с В.Ф. Терентьевым, Ю.К. Штовбой, достаточно велика и не уступает аналогичным характеристикам стандартных магниевых сплавов. Предел усталости сплава ИМВ2 на базе 2*10в7 циклов равен 9—13 кгс/мм2 в зависимости от вида полуфабриката, а для сплава ВМД5 — соответственно 5—7 кгс/мм2. В случае сплава ИMB2 надрез существенно (в 2—4 раза) может снизить предел усталости, в то время как для сплава ВМД5 надрез менее опасен и снижает предел усталости только в 1,5—2 раза.

Технологическая пластичность сплава ВМД5 является наиболее высокой из всех до сих пор известных сплавов на основе магния и не уступает технологичности высокопластичных алюминиевых сплавов. Сплав ВМД5 может деформироваться со степенью деформации до 70—80% даже при комнатной температуре.

Сплав ИМВ2 в связи с повышенным содержанием упрочняющих легирующих добавок имеет более низкую технологичность при обработке давлением, чем сплав ВМД5, однако и он не уступает по своей технологичности, за исключением свободной ковки, наиболее технологичным стандартным магниевым сплавам.

Исследование структуры сплавов ИМВ2 и ВМД5, выполненное совместно с З.В. Макаровой и Ю.Г. Гольдером, показало, что сплав ИМВ2 содержит в своей основе твердые растворы Al, Zn и Cd в а- и P-фазах, причем количество частиц а- и p-фаз приблизительно одинаково. Кроме того, в сплаве обнаружены частицы твердого раствора Zn и Cd в фазе AlLi и частицы марганцовистой фазы.

Сплав ВМД5 имеет в своей основе твердый раствор Al и Zn в Р-фазе, т. е. фактически указанный сплав является не магниевым, а литиевым на основе ОЦК-решетки. Кроме того, в сплаве содержатся частицы твердого раствора Zn в фазе AlLi, частицы марганцовистой и цериевой фазы, и возможно присутствие небольших количеств твердого раствора Al и Zn в а-фазе.

Технология производства магниево-литиевых сплавов в связи с присутствием в них значительного количества лития, характеризующегося повышенной химической активностью и определенной токсичностью, имеет ряд особенностей. Плавка и полунепрерывное литье должны осуществляться в защитной атмосфере, в то время как стандартные магниевые сплавы приготавливаются под флюсом.

Механическую обработку рекомендуется производить на оборудовании, используемом для резки и обточки высокопластичных и вязких сплавов, так как режимы резки и обточки несколько отличаются от применяемых для обычных магниевых сплавов, в частности скорость и подача при резке магниево-литиевых сплавов должны быть в 2—3 раза ниже.

Обработка давлением осуществляется при температурах в 1,5—2 раза ниже (150—300° С), чем стандартных магниевых сплавов (350—500° С), а степень интенсивности деформации значительно выше, чем у стандартных магниевых сплавов. В частности, прессование магниево-литиевых сплавов возможно со скоростями истечения металла до 100—150 м/мин.

Технологический процесс, при котором наблюдается выделение аэрозолей лития, т. е. плавка, литье, механическая обработка, сварка, химическая обработка, должен быть обеспечен вентиляционной системой или должны применяться средства индивидуальной защиты органов дыхания. Все остальные работы с магниево-литиевыми сплавами, такие, как обработка давлением, испытания образцов и тому подобное, осуществляются так же, как со стандартными магниевыми сплавами.

Как было сказано выше, особенностью магниево-литиевых сплавов является их более высокая реакционная способность по сравнению со стандартными магниевыми сплавами. В промышленных условиях температура воспламенения на воздухе компактного материала из сплавов ИМВ2 и ВМД5 находится в пределах 330—350° С, что было установлено нашими исследованиями совместно с В.И. Туркиным и В.Г. Борисовым. В связи с этим предельно допустимая температура при их нагреве и обработке должна быть не более 320° С, в то время как для большинства стандартных магниевых сплавов аналогичная температура обычно более 500° С.

В настоящее время магниево-литиевые сплавы находят все большее применение в различных отраслях отечественной промышленности. Сплав ВМД5 как самый легкий металлический материал рекомендуется применять в основном для облегчения веса изделий в виде рам, кронштейнов, панелей и других элементов малонагруженных конструкций для замены магниевых и некоторых алюминиевых сплавов. Сплав ИМВ2 может быть использован в качестве основного конструкционного материала для ряда изделий, где их вес является определяющим.

Системы «теплый пол» встречаются сегодня во многих городских квартирах и загородных домах. Чаще всего они применяются для поддержания комфортной температуры, однако могут использоваться и как основной и единственный источник тепла. Нижняя часть комнаты прогревается при их применении быстрее.

Видом «теплых полов» существует достаточно много. Они могут быть электрическими (стержневыми, пленочными или кабельными) или водяными. Определенные плюсы и минусы имеют все варианты. Центральная система отопления определяет температуру поверхности водяных полов. В межсезонье обогрев помещения может оказаться недостаточным. В имеющих автономную систему отопления загородных коттеджах водные модели выбирают чаще всего.

Нагревательный кабель в основе теплого пола – экономичный и популярный вариант. В бетонную стяжку монтируют такой кабель, можно в дальнейшем регулировать температуру его нагрева. По поверхности пола температура распределяется равномерно, температурный микроклимат получается правильный – нижняя часть помещения теплее, чем верхняя.

Теплоизоляционный слой при устройстве теплого пола предусматривать нужно обязательно. Так в помещении лучше будет сохраняться тепло. Изоляция создает барьер, благодаря которому в бетонное основание не уходит часть тепла. Металлизированная лавсановая пленка – отражающая изоляция, которая для нагревательных элементов может стать отличной основой. До девяноста пяти процентов излучения тепла она может отразить. Между элементами кабеля и по всей поверхности пола тепло будет распределяться равномерно.

Кызылкумский бассейн соответствует обширной области прогибания, расположенной в восточной части Туранской эпигерцинской платформы. СВ, ЮЗ и ЮВ обрамления бассейна образованы горными складчатыми сооружениями палеозойского возраста (Каратау, Кызылкумские возвышенности, Чаткало-Кураминское складчатое сооружение). На северо-западе Кызылкумский бассейн отделен от Устюртского бассейна погребенными разделом — Арало-Кызылкумским валом, сложенным на поверхности меловыми отложениями. Северная граница Кызылкумского бассейна не вполне определена. Учитывая данные Н.П. Туаева о том, что верхненалеозойские отложения в пределах Тургайского прогиба местами могут быть слабо метаморфизованными, последний был условно включен в состав Кызылкумского возможно, нефтегазоносного бассейна.

Фундамент бассейна образован палеозойским, преимущественно герцинским складчатым комплексом. На отдельных участках фундамент может быть представлен доверхнепалеозойскими отложениями. Имеются также данные о наличии в северо-западной части бассейна складчатого комплекса триасового возраста.

Кызылкумский бассейн отличается неглубоким залеганием фундамента. Относительно опущенными являются Приташкентский прогиб, прилегающий к Чаткало-Кураминскому высокогорному складчатому сооружению, где мощность осадочного покрова оценивается в 3 км, и Северокызылкумская (Сырдарьинская) синеклиза, которая по характеру осадочного комплекса во многом напоминает восточные районы Устюртского бассейна.

Северокызылкумская синеклиза отделена от Тургайского прогиба крупным Нижнесырдарьинским поднятием, имеющим форму плоского квадратного свода, ограниченного по краям крутыми флексурными изгибами, местами осложненными разрывами. Судя по разрезу Нижнесырдарьинского поднятия, в котором мощность меловых отложений достигает 800 м, общая мощность мезокайнозойского осадочного комплекса в Северокызылкумской синеклизе должна составлять не менее 2—3 км. В Тургайском прогибе мощность мезозоя и кайнозоя не превышает нескольких сотен метров.

На оценке перспектив нефтегазоносности Кызылкумского бассейна отрицательно сказывается малая мощность осадочного покрова. Скопление нефти в мезозойских отложениях могут быть обнаружены в наиболее прогнутых частях бассейна — Северокызылкумской синеклизе и Приташкентском прогибе. На тех участках бассейна, где верхнепалеозойские отложения входят в состав осадочного покрова (что, в частности, возможно местами в Тургайском прогибе), последние также являются перспективным комплексом.