Вторым по распространенности после древних платформ и не менее важным по своему сырьевому потенциалу типом россыпных таксонов 1-го ранга являются россыпные провинции (мегапровинции), связанные с покровно-складчатыми орогенными поясами фанерозойского, а также позднепротерозойского (рифей-вендского) возраста, выраженные в современном рельефе земной поверхности горными поясами и странами различной высоты и контрастности, которая определяется возрастом сооружений и характером проявления в их пределах движений неотектонического этапа.
Стиль россыпной минерализации провинций и мегапровинций орогенных покровно-складчатых поясов определяется совокупностью следующих факторов: 1) сочетание типов россыпеобразующих формаций, в том числе отвечающих разным этапам развития складчато-орогенных поясов; 2) различием абсолютного и сравнительного уровня среза разновозрастных россыпеобразующих формаций; 3) эволюцией развития земной поверхности, проявленной в последовательности (в том числе, многократности) этапов воздымания и активизации эрозионно-денудационных процессов, снижения контрастности рельефа, выравнивания и корообразования, прогибания, аккумуляции и захоронения ранее сформированных россыпных концентраций; 4) сочетание разновозрастных, в том числе ископаемых россыпных формаций, отвечающих «доорогенному» и орогенному этапам развития территории, с россыпными формациями собственно «геоморфологического этапа» развития орогена.
С учетом этих особенностей целесообразно различать: россыпные провинции (мегапровинции) древних орогенов, сформированных в течение байкальского, каледонского и герцинского тектонических циклов, и россыпные провинции (мегапровинции) молодых орогенно-складчатых (орогенных покровно-складчатых) поясов, отвечающих киммерийскому (мезозоиды) и кайнозойскому (альпиды) тектоническим циклам.
Это противопоставление особенно важно в силу того, что древние орогены в той или иной мере подвергались наложенной тектоно-магматической активизации, в значительной степени определившей характер их металлогении, сочетание разновозрастных и разнотипных россыпеобразующих коренных источников, а также присутствие ископаемых россыпных формаций, в том числе подвергшихся метаморфизму. Особенно знаменательным в этом отношении для формирования россыпей был этап мезозойской тектоно-магматической активизации, охватившей значительные области древних кратонов и палеозойской складчатости Центральной и Восточной Азии, металлогения которой в свое время была подробно рассмотрена А.Д. Щегловым.
Напомним, что исследователи тектоники и металлогении этих областей различали два типа наложенной тектоно-магматической активизации (TMA), первый из которых («отраженная» TMA М.И. Ициксона, А.Д. Щеглова, «резонансная» TMA Ю.М. Пущаровского и В.Т. Матвеенко, «ревивация» М.С. Нагибиной) охватывает сопряженное консолидированное обрамление рамы складчатых поясов, а второй («активизация» М.С. Нагибиной, «автономная активизация» А.Д. Щеглова, «сводово-глыбовые области» Г.Ф. Мирчинка, Д.И. Горжевского и др., «дива» Чен Го-да) представляет собой самостоятельный этап развития континентальной земной коры, свойственный как кратонам, так и складчатым поясам. Именно эти области В.И. Хайн еще в 1970-е годы выделил в качестве самостоятельной категории структурных элементов земной коры -«эпиплатформенных орогенных поясов (ЭПОП)», подчеркнув при этом такие важнейшие их признаки, как средне-высокогорный рельеф, значительная протяженность и ширина, сводово-глыбовое строение, временная оторванность этапа активизации от завершения покровно-складчатых движений, разделенных этапом тектонического покоя и снижения контрастности рельефа протяженностью до нескольких сотен млн. лет. Надо отметить, что с позиций концепции современной «террейновой» тектоники, согласно которой эти области рассматриваются как трансформированные области кратонов, такие важнейшие для минерагении россыпей особенности областей TMA, как совмещение разновозрастной россыпеобразующей минерализации, равно как и чередование эпох орогенеза, снижения контрастности рельефа (вплоть до планации), локальной аккумуляции и нового нарастания контрастности рельефа, зачастую оказываются вне поля зрения исследователей,
Ранее мы уже обращали внимание на то, что россыпная минерагения «неактивизированных» складчатых областей, примером которых могут служить Аппалачский и Уральский складчатые пояса, и областей автономной тектоно-магматической активизации существенно различается по набору минеральных и возрастных типов россыпей, возрасту и типу россыпных формаций, что позволило наметить свойственные им ряды россыпных формаций.
Крупнейшие полиминеральные россыпные провинции древних (домезозойских) складчатых поясов Мира располагаются в пределах обширнейшего Урало-Охотского (Урало-Монгольского) складчатого пояса, спаявшего воедино древние кратоны азиатского континента: Восточно-Сибирский, Сино-Корейский, Таримский, Янцзы с Восточно-Европейским кратоном на западе и гипотетическим Карским массивом на крайнем севере (рис. 4.1). Северный фланг этого пояса — Урал и Таймыр — представляют собой «неактивизированные» складчатые области, в то время как значительная южная часть пояса, его Центрально-Азиатский сектор протяженностью около 3500 км, как раз и принадлежит к областям автономной тектоно-магматической активизации со свойственными им типами россыпеобразующей минерализации, особенностями рельефа («возрожденные горы»), набором россыпных формаций и минеральных типов россыпей.
Остальные палеозойские складчатые пояса Мира, в том числе герциниды Аппалач, каледониды и герциниды Западной Европы, значительно уступают по своему россыпному потенциалу Урало-Охотскому поясу либо плохо изучены в этом отношении (Иннуитская складчатая система по северному обрамлению Северо-Американского кратона). Исключение составляет только Тасманский складчатый пояс Австралии с его золотыми, оловянными, алмазоносными россыпями и россыпями ювелирных камней, характеристика которых будет дана ниже.
Поэтому две основные составные части Урало-Охотского пояса: Уральская, с примыкающими к ней с запада байкалидами Тимана, и Центрально-Азиатская с входящими в ее состав Казахстано-Тяньшанской, Алтае-Саяно-Монгольской и Монголо-Охотской областями рассматриваются как примеры крупнейших полиминерапьных россыпных мегапровинций, свойственных «неактивизированным» древним складчатым поясам и областям, подвергшимся интенсивной наложенной тектоно-магматической и орогенной активизации, пик которой пришелся на вторую половину мезозоя.
При этом мы употребляем термин «неактивизированный» с определенной долей условности, поскольку новые сейсмичные, морфоструктурные, геоморфологические и минералогические данные в районах развития известных россыпей Урала убедительно свидетельствуют в пользу сохраняющейся тектонической активности территории и проявлении наложенных рудных процессов, связанных с продолжающейся флюидной деятельностью. В пользу последней говорят, в частности, многочисленные находки ажурных агрегатов золота «рудного облика» палладиево-ртутистого состава и природных амальгам состава AuSn, AuSn2 и др. в терригенных юрских породах, в золотоносных россыпях и просто в аллювии рек Среднего и Западного Урала. В этой связи нельзя не упомянуть оставшуюся, с нашей точки зрения, недоказанной гипотезу туффизитового происхождения алмазов Красновишерского района, крайние сторонники которой настаивают на том, что эксплозивная деятельность в районе началась в триасе и продолжается вплоть до четвертичного времени включительно.